— Я сказал: не кусай губы, травоядное! — еще более раздраженно повторил он. Я что, настолько ушла в себя, что даже его слов не слышала? — Не хочу снова зашивать тебя. Хватит.
— Да какая разница? — прошептала я и побрела прочь из кухни.
— Есть разница, — долетело до меня. — Потому что ты была права в этом споре, а он — нет. Мне плевать на тебя, но эти слова были правильными. Так же, как и попытка защитить того, кто дорог.
Я обернулась в дверях и удивленно воззрилась на Главу Дисциплинарного Комитета, наконец начавшего вяло жевать салат.
— И Вы даже готовы закрыть глаза на метод победы над ним? — опешила я.
— Нет, — поморщился Хибари-сан. — Если бы ты жульничала, я бы забил тебя до смерти. Но это делала твоя сестра, а она никогда не говорила, что честь превыше всего. Значит, она не лгала. Я уничтожаю врагов Дисциплины, априори являясь сильнее них, и хотя бои честные, исход предрешен. В твоем случае ситуация похожа, но ты выбрала нечестный метод, не имея других. И я могу закрыть на это глаза, потому что твои действия никому не причинили вреда и не несли в себе цель унизить врага.
— Вы мне верите? — окончательно растерялась я, а Глава CEDEF вновь поморщился и, отложив палочки, заявил:
— Если бы не поверил, забил бы до смерти еще тогда.
— Эм… Спасибо, — пробормотала я, окончательно попрощавшись с логикой, но почему-то поздоровавшись с улыбкой и прощением. Прощением самой себя за то, что всё же поступила нечестно по отношению к Рокудо Мукуро…
Хибари-сан не ответил, а я, посмотрев на Хибёрда, сидевшего рядом с блюдечком, в котором красовались остатки его трапезы, осторожно спросила:
— Хибари-сан, скажите, какой корм купить Хибёрду, и я куплю. Или попрошу кого-нибудь купить. Пожалуйста.
Глава Дисциплинарного Комитета бросил на меня хмурый взгляд и, чуть заметно кивнув, одарил меня ответом:
— Здесь ты не достанешь корм, который я покупал. Купи какой-нибудь хороший корм для канареек, и всё. Если не найдешь, нужны просо, канареечное семя, рапс, салат, овсянка, конопля и семечки подсолнечника. Их надо смешать и давать понемногу сухой смесью. Можно еще купить семена льна, подорожника, репейника, салата, мака и каких-нибудь дикорастущих трав. Это всё. Яйца и морковь и так есть.
Я офигела. Такого обилия я не ожидала, а потому запомнить ничего не успела, но просить повторить не стала — мало ли… Нарываться не хотелось. Просто поищу потом в интернете, чем вообще канареек кормят — тоже выход…
— Хорошо, — кивнула я и, заметив, что Дисциплина-сама начал поедать мясной рулет с довольно-таки неплохим аппетитом, подошла к столу и выудила из-под него второй пакет с тренировочными штанами — первый забрала Манюня. Да, я решила охаметь, но помирать — так с музыкой, и не под «Реквием», а под нечто более жизнеутвеждающее.
— Хибари-сан, Вы извините, — осторожно сказала я, внимательно следя за реакцией Главы всея Дисциплины, — но у нас по средам день стирки, и если захотите, я могу постирать Вам брюки. Так что я на всякий случай купила спортивные штаны, на большее денег не было… В общем, надеюсь, Вы не откажетесь их надеть только потому, что это не классика…
Хибари-сан аж жевать перестал. Отложив палочки, он воззрился на меня взглядом, полным сакрального смысла, который я перевела как: «Убить или пока в живых оставить?» — но, к моему счастью, победил второй вариант вкупе со здравым смыслом, и я стала сомнительно счастливым обладателем кивка в исполнении негласного (а хотя вполне себе «гласного», что уж там?) Главы школы Намимори. Я облегченно выдохнула, улыбнулась и положила пакет на стул Тсуны, после чего, пробормотав: «Тогда до свидания», — свалила куда подальше. Необходимость в разговоре с Машей никуда не отпала, но из-за поведения Мукуро на кухне мне этот разговор заводить не хотелось, а потому я отложила его до утра и потопала к себе. Сон помогает отвлечься, а если уж совсем честно, забыться…
====== 25) Внутренняя алхимия и несколько шагов к свету ======
«Человек не станет свободным, пока не преодолеет страха смерти». (Альбер Камю)
POV Маши.
