— Уверен, у тебя были причины, — как-то очень тепло сказал Ямамото и добавил: — К тому же одна девушка вряд ли справится с толпой парней.
— Понимаешь, они ведь всегда меня унижали, но мне на это было наплевать — меня не трогает, кто и как меня назовет. Это лишь слова — главное, быть достойным человеком, а не то, кто и что о тебе думает. Но иногда они еще и деньги требовали, а я отказывалась им их отдавать, и тогда меня били. Я пыталась защититься, но не получалось: они же всегда толпой ходят, да и вообще я драться не умею… Я пыталась научиться, но не хотела рассказывать об этом Машке, а то она бы кинулась меня защищать сама и устроила то, что только что устроили Хибари-сан и Мукуро. Но… я не хотела, чтобы у нее потом были проблемы, а потому молчала и не просила научить меня драться. Сказать, что это на всякий случай, не получилось бы: у Маши отличная интуиция. А по самоучителям чему-то научиться оказалось нереально. Хотя я, конечно, всё равно пыталась, и даже наметился небольшой прогресс, но против толпы парней этого всё равно было мало. Если бы я хоть в секцию по рукопашке записалась или…
— А почему ты этого не сделала? — перебил меня Такеши.
— Да потому что времени нет! — поморщилась я. — Кто работать будет? И так, когда сессии, работу приходится на других сваливать, а я… Я не люблю перекладывать свою работу на других. Ты не поймешь, но… Меня так воспитали. Мне всегда говорили, что для меня важнее всего должна быть помощь другим и забота о доме, и это в меня прочно въелось. Так что подумать о том, чтобы перекинуть работу на кого-то другого, учитывая, что на ферме все и так загружены до предела, я просто не могу. Так что, лучше уж так… Но я не хочу, чтобы пострадал кто-то из тех, кто мне дорог, понимаешь? Ни Маша, ни Мукуро, ни Хибари-сан, ни вы… А я вас в это втравила…
— Глупое травоядное, — раздался у меня за спиной знакомый голос.
— Ку-фу-фу, точно, — добавил другой, не менее знакомый.
Я резко обернулась и замерла. За нами шли Савада и Рёхей, за ними — Мукуро, а следом — Хибари-сан. Я опешила и недоуменно посмотрела на Такеши, почесавшего затылок и смущенно улыбнувшегося. Поймав мой растерянный взгляд, мечник пожал плечами и заявил:
— Наверное, они решили вернуться и присоединиться к нам.
— Мне просто в ту же сторону, — пространно изрек Хибари-сан и, обогнав товарищей по мафиозному клану, ломанулся вперед, проперевшись между мной и Такеши. А обойти слабо было? Тоже мне, танки грязи не боятся…
— А я успокоился и решил присоединиться к своей подруге, — хитро прищурившись, заявил наглый Ананас и, подойдя ко мне, встал справа от моей бренной тушки и приобнял меня за плечи.
— Руки-то убери, — возмутилась я. — Чего распустил?
— Оя, оя, как ты неприветлива! — возмутился Фей, притянув меня к себе. — А отблагодарить спасителя?
— А в Шестой Путь тебе лазером не посветить? — фыркнула я и попыталась отпихнуть парня.
— Мукуро, не видишь — ей неприятно, — хмуро изрек Такеши, и Ананас, подняв лапки, пошел следом за врагом, бросив:
— Ну что ж, тогда я подожду, пока она не успокоится и сама не решит поблагодарить спасителя!
— Я тебя уже поблагодарила, — фыркнула я, потирая предплечья, и пошла следом за Ананасовой пакостью, а Ямамото потопал за мной следом. — Могу еще раз поблагодарить: ты переборщил, но всё равно спасибо — я не ожидала, если честно… Но это не значит, что меня можно лапать, как любимого плюшевого медведя!
— О нет, до плюшевого медведя ты не дотягиваешь, — съязвил Фей, не оборачиваясь. — Он для этого слишком милый.
— Уж какая есть, — хмыкнула я. — А раз я недостаточно «милая», не фиг меня лапать.
— Я сказал, что ты недостаточно милая для сравнения с медведем, а не для меня, — подняв к небу указательный палец левой руки, заявил Мукурыч, шлепая впереди в развевающемся на ветру черном байкерском плащеёчке.
— Что бы это, интересно, значило? — фыркнула я, снова потирая предплечья и ёжась. — Ты меня охмурить пытаешься?
— О нет, — рассмеялся Фей, не оборачиваясь. — Для подобного ты всё же недостаточно милая. Но приобнять тебя вполне можно.
— Озабоченный старикашка, — фыркнула я, и за моей спиной раздался ехидный хрюк Ямамотыча.
— Оя, оя! — возмущенно провопил Мукуро, резко затормозив, обернулся и, уперев руки в боки, с ехидной ухмылкой заявил: — Ты не намного младше!
— На целый год, — хмыкнула я и показала Фею язык, после чего прорулила мимо него и направилась к рынку, добавив: — А это ой как много! Я такая юная, еще третий десяток не разменяла, а ты юбилей уже отпраздновал. Всё, ты стар. Как стар? Супер-супер стар!
Да, шуточка стара как мир, но сейчас я говорила даже не в значении «супер-супер-звезда» (английский нам в помощь) с ехидством, а чтобы, не захваливая Мукуро, всё же его поблагодарить. Да, странный я способ выбрала, ну и что? Может, он всё-таки поймет… И, что интересно, он понял. Догнав меня, иллюзионист схватил меня за локоть и прошептал на ухо:
— Ку-фу-фу, благодарность принимается, хоть она и полна сарказма. Но себя не обвиняй, да и делал я это потому, что хотел. Ты бы меня не остановила.
