– Синяки лучше смазать. Так они пройдут быстрее, и не будет вопросов, – женщина говорила тихо, словно кто-то может нас подслушивать. И все же я, вздрогнув, распахнула глаза и резко села в воде.
– Что? – сердце гулко застучало о ребра.
– Синяки у вас на груди. Не мое дело, откуда они у вас… но ваша матушка – умная женщина, а слуги любят болтать.
Резко опустив голову, я уставилась на несколько пятен, пока еще синеватых, но уже с желтоватой кромкой по краям. И сомнений, как именно они появились на моем теле, не возникало. Очень уж характерно они выглядели. Как следы крепких мужских рук.
– Ох, – руки резко взметнулись вверх, прикрывая следы моего недостойного поведения.
– Не переживайте. Я сейчас принесу компресс, мы быстро это решим, – Малуша поднялась и тут же скрылась за занавеской, словно ничего страшного не произошло. Словно ее подопечная госпожа не кувыркалась ночью где-то в травах в компании с неизвестным.
Через несколько минут на моей груди лежало теплое полотенце, пропитанное уксусом и какими-то травами.
– Это точно поможет?
– Должно. Утром еще один компресс сделаем, и никто ничего не узнает. Только не давайте слугам вам помогать с платьем. Пока я побуду при вас.
– Спасибо, Малуша.
– Вы моя леди, – просто ответила женщина, отсылая нас, видимо, к тому дню, когда мы с мамой настояли на том, чтобы женщина все же осталась в замке. Пусть и чужая этой земле, она уже тогда внушала нам доверие. И за все годы не подвела ни разу.
– Жаль, что это теперь ненадолго.
– Вы приняли решение?
– Этот брак ничем не хуже любого другого, – прикрывая глаза, чувствуя, как по волосам распределяют масло, выдохнула я.
– Может, и не хуже. Но разве не может быть лучше?
– Для меня? Не думаю, Малуша.
**
Бароны встречали нас вежливо, но с опаской. Никто не знал, чего именно ожидать от открытого появления войска в их землях. А мне только это и требовалось. Чем больше тревоги и волнений будет в их сердцах, тем более неосторожными будут действия. Тем более, шпионы Филиппа так и не выяснили пока, кого именно из потомков прошлой династии они собираются посадить на свой, пока еще несуществующий трон.
– И когда я смогу видеть весь совет баронов? – я рассматривал небольшой замок, куда заявился для первой встречи.
Старая крепость не могла выдержать приличной осады. Если местные и конфликтовали между собой, все вопросы обычно решались короткими стычками в открытом поле. А затем частенько повальной пьянкой. В общем или раздельных лагерях, в зависимости от того, к чему приходили бароны.
– Для этого нужно время, – толстый, еще не старый, но уже больной, барон нервно гладил по голове большого пса, из тех, что целыми стаями жили в залах северян.
– И как много его нужно для того, чтобы всех оповестить и собрать?
– Неделя. Может, две, – нервно покусывая губу, ответил мой собеседник.
Время близилось к обеду, и слуги, не слишком расторопные, но не поднимающие головы, расставляли по столам большие блюда. Вместо тарелок в этом замке пользовались деревянными дощечками. Ну, хоть приборы были на месте.
Я невольно скривился, представив, что придется ближайшие дни довольствоваться таким скудным гостеприимством.
– Тогда я думаю, вам стоит ускорить отправку сообщений. Иначе мы рискуем вам надоесть как гости за столь длительное время.
Я чуть повернул голову, наблюдая за тем, как побледнело лицо барона. У моей армии было достаточно запасов, чтобы месяц, а то и два стоять лагерем у стен его замка, но знать об этом лорду не стоило. Пусть понервничает.
– Вы… вы планируете остаться здесь? Не пойдете дальше?
– Ну, как мы можем отказаться от вашего гостеприимства, – не дожидаясь приглашения к обеду, следуя какому-то внутреннему чутью, Хага оторвал ногу какой-то птицы и плюхнул перед собой на дощечку. Мой капитан не стеснялся, макая кусок хлеба в общую миску и вытирая им жирные пальцы, прежде чем сунуть его в рот.
– Жить мы с офицерами будем при войске. Но вот столоваться… не откажите в любезности. И да, моим людям нужна одна корова и две свиньи на день. И три мешка гороха или бобов. Знаю, что в этом году урожай был вполне неплох, так что это не составит для вас большой обузы.
Произнося это, я едва не расплывался в улыбке, видя, как шевелятся мысли в голове барона. Что-то мне подсказывало, что совет сумеет собраться куда быстрее, чем мне обещали изначально.
Выждав немного, добивая барона, я проговорил с легким поклоном:
– Конечно, корона возместит вам все траты. В течение полугода.
Куцые рыжеватые брови мужчины сошлись над переносицей. Жадность, она отличный рычаг в некоторых делах. Теперь этот представитель местной знати костьми ляжет, но не позволит Северу отделиться. Работать с такими людьми было удовольствием, если знать, на какие точки нажать. А манипулировать на жажде золота в моей семье умели. Не только гению Дамиера это было под силу.
– Благодарю, – принимая окончательное решение, к которому его так легко было подтолкнуть, кивнул барон. – Присоединяйтесь, князь.
– Здесь ко мне лучше обращаться по званию. «Полковник».
