— Выглядишь так, как будто у тебя сперли последнюю «Роло», — объявила в пятницу Кейси, усаживаясь за мой столик на большой перемене. — Игнор продолжается?
— Ага. — С мрачным кивком я отодвинула йогурт; аппетита не было совсем. — По полной программе.
Кейси присвистнула.
— Интересно, чем ты его выбесила? За шесть лет учебы не припомню, чтобы он так на тебя агрился. Если вы и ссорились, в молчанку играла ты, а не он.
Я устало вздохнула:
— Джоуи решил, что я его предала.
— Реально?
— Грязный поклеп. Никого я не предавала. Просто чуть не натворила кое-чего, а по его меркам это предательство. Но он психанул, и я включила заднюю.
— Но если ты все переиграла, почему он до сих пор злится? — нахмурилась Кейси.
— Для него сам умысел тянет на полноценное предательство.
— Ну и заскоки у чувака, — протянула Кейси.
— Не то слово.
— Ой-ой, кстати, о заскоках... — Кейси ткнула меня локтем и кивнула на окно.
На улице Джоуи в компании закадычных друзей бычил на Майка, Пола и еще нескольких ребят из нашей параллели.
— Только не это! — застонала я, глядя, как Джоуи сжимает кулаки. — Не дай бог, он начнет...
— Поздно, уже начал, — перебила Кейси, когда Джоуи и Майк Малони кубарем покатились по земле. — Срочно беги усмиряй своего жеребца. Иначе его точно выпрут из школы. И на кого мне тогда облизываться до конца года?
— Джоуи! — Я пробилась сквозь широкое кольцо любопытных, наблюдавших за дракой. — Джоуи, перестань! Кому говорят, прекрати! Хватит!
Но Джоуи не перестал.
Наоборот, взбесился еще больше и начал избивать одноклассника с такой жестокостью, что на ум невольно пришли собачьи бои, где Майк выступал в роли нелепого лабрадора, а Джоуи — озверевшего питбуля.
Краем глаза я заметила, как Подж сцепился с Полом, дабы уберечь лучшего друга от неравной схватки двое против одного.
Впрочем, Джоуи справился бы и в одиночку.
Мой парень мог запросто завалить любого чувака из нашей параллели, поскольку любая драка для него была вопросом жизни и смерти.
Почуяв малейшую угрозу, Джоуи мысленно переносился в родительский дом, где ему приходилось спасать себя от того, кто нанес его психике тяжелейшую травму, и, боюсь, никакой пожизненной терапией ее не излечить.
Сомневаюсь, что Джоуи вообще видел перед собой Майка, чью физиономию он превращал в кровавый фарш.
Нет, перед его глазами стоял отец.
— Перестань! — скомандовала я и отважно устремилась в самую гущу драки, пока остальные боялись даже пикнуть.
Скорее солнце начнет всходить на западе, чем Джоуи тронет меня хоть пальцем.
— Джоуи, прекращай! — Опустившись на колени рядом с окровавленным Майком, я обхватила лицо Джоуи ладонями и вынудила посмотреть на меня. — Я сказала: хватит!
Ответом мне был дикий, совершенно чужой взгляд.
Зашибись, у него не только случился приступ бешенства, так он еще и убитый в хлам.
— Прекрати! — велела я, не отнимая рук и глядя прямо ему в глаза. — Ты не дома, а в школе. Со мной.
Джоуи отсутствующим взглядом уставился на меня, наконец его глаза прояснились, а в следующую секунду он резко обмяк, сгорбился, заляпанные кровью кулаки бессильно повисли вдоль тела.
— Они снова издевались над ней, — пробормотал Джоуи, уронив голову мне на плечо. — Снова издевались над моей сестрой.
— Кто издевался над Шаннон? Сестра Майка? Кира?
Он молча кивнул.
— Все хорошо, — шептала я и, обхватив Джоуи руками, баюкала его как маленького. — Все хорошо.
Вокруг поднялся знакомый переполох. Нетрудно было угадать, что последует дальше.
— Джозеф Линч! — вопил мистер Найен, протискиваясь сквозь толпу. — В мой кабинет, быстро! Полиция уже едет.
Knocking on Heaven’s Door
Я лежал пластом и таращился в потолок, не обращая внимания на крики, доносившиеся с первого этажа. Сил спуститься и броситься на амбразуру уже не осталось. Меня как будто вычерпали до дна.
Отрешившись от происходящего, я сосредоточился на льющейся из музыкального центра песне Боба Дилана «Knockin’ on Heaven’s Door».
Внешне я еще дышал, но внутри все умерло окончательно — вспори мне брюхо, и наружу бы вывалились почерневшие потроха.
Настолько паршиво я себя чувствовал, настолько сгнил изнутри.
Настолько низко пал.
Я скосил глаза на клочок фольги, зажигалку и сломанную ручку, валявшиеся на матрасе. Сознание то вспыхивало, то угасало, минуты просветления сменялись черными провалами.
«Очередное отстранение. Решил пустить всю жизнь под откос?»
«Джоуи, умоляю, помоги!»
«Тебя временно исключили из команды. До конца срока не смей даже появляться на поле».
Бах! Бах! Бах!
— Ну и где твой драгоценный сынок, шлюха?
«Ты — сплошное разочарование...»
— Что ты принял?
«Почему ты такой?»
— О ГОСПОДИ, ТЕДДИ, ЭТО ГЕРОИН!
«Почему ты не думаешь ни о ком, кроме себя?»
— ДЖОУИ, МАЛЫШ, ТЫ МЕНЯ СЛЫШИШЬ?
«Все хорошо, Джо. Все хорошо. Я здесь, с тобой».
— Мэри, он же под наркотой. До него сейчас не достучишься. Вот очухается, и я вправлю утырку мозги.
«ЛУЧШЕ БЫ ВООБЩЕ НЕ ПОЯВЛЯЛСЯ НА СВЕТ».
«Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ, ДЖОУИ ЛИНЧ...»
«ДАРРЕН, НЕ БРОСАЙ МЕНЯ».
«НЕТ, ПАПОЧКА, МНЕ СТРАШНО».
Удаляющиеся шаги.
