Кроули бросил тоскливый взгляд за окно. Машины ползли как черепахи — а большую часть времени не ползли вовсе. Кроули всегда гордился пробками в Лондоне, но сейчас осознал, что кто бы из бывших коллег ни занимался дорожным движением в Нью-Йорке, он обставил его как сосунка. К тому же, хоть Кроули иногда и попадал в собственные ловушки, все-таки, будучи за рулем, он из них достаточно изобретательно выбирался. Несколько небольших демонических чудес в большинстве случаев позволяли выскальзывать из вот таких заторов.
Впрочем, повлиять на ситуацию реально и с пассажирского места. Если внушить водителям двигаться упорядоченно и при этом действовать быстрее, то можно разогнаться и в пробке.
— Один момент, ангел, — попросил Кроули, сосредотачиваясь. — Сейчас я их немного подвину…
Он прикрыл глаза, мысленно представляя себе нужную картину и принуждая водителей двигаться в заданном направлении и с заданной скоростью. Воздух вокруг него чуть ли не наэлектризовался от напряжения, и Кроули понадеялся, что они вот-вот начнут движение, когда Азирафаэль испуганно воскликнул:
— Стой! Стой!!! Кроули, прекрати немедленно!
Демон поспешно распахнул глаза — для того, чтобы увидеть, что на улице перед ними и вокруг них вместо обычной пробки теперь творится сущий ад. Впереди случилось несколько аварий, ибо часть машин, наплевав на все на свете, попытались выехать на встречные полосы, причем с обеих сторон. Все отчаянно сигналили, и людская ругань с переменным успехом пыталась перекрыть собой автомобильные сигналы.
— Левостороннее движение! — чуть не сплюнул от отчаянья Кроули. — Левостороннее движение, чтоб его!
Азирафаэль лишь обреченно вздохнул: он уже понял, что на аукцион они не успевают.
И, разумеется, оказался совершенно прав.
До места проведения аукциона они добрались, когда не только нужные им, но и большинство иных торгов уже закончились. Ангел не произнес ни слова упрека, но выглядел таким опечаленным, что Кроули решительно утащил его в буфет. Чуть ли не силой усадив его за столик, он попросил:
— Жди меня здесь.
— Нет! — встрепенулся Азирафаэль. — Кроули, только не вздумай…
— Ангел, я не буду делать ничего противозаконного, — приложив руку к сердцу, клятвенно пообещал Кроули.
— Я тебя знаю, — с подозрением нахмурился Азирафаэль. Ему отчаянно хотелось заполучить собственные письма, но на преступление он пойти не мог — как не мог позволить пойти на него ради себя и демону.
— Я знаю, что ты меня знаешь, — довольно ухмыльнулся Кроули. — Но и я тебя знаю, ангел. Тебе совесть не позволит взять что-либо, что я украду, поэтому я не буду ничего красть. Я просто найду человека, который приобрел твои письма, и выкуплю их у него.
— Он вряд ли захочет их продать, — с сомнением произнес Азирафаэль. — Я бы не точно не продал.
— Так то ты, — ухмылка Кроули стала совсем уж неприлично широкий. — А это — простой смертный, один из бесчисленных потомков Евы. Ты же знаешь, я могу быть чертовски убедительным.
С этим Азирафаэль поспорить не мог. Да, сказать по чести, и не хотел. Совершенно не хотел спорить с демоном, обещавшим вернуть его письма, да к тому же и не преступным — максимально возможным не преступным — путем.
Поэтому он просто согласно кивнул и послушно обратил свое внимание на чашечку чая и любезно преподнесенное пирожное, абсолютно не глядя в спину удаляющегося Кроули.
— Что скажешь, Гарольд? — поинтересовался Джон. — Как думаешь, твой человек согласится продать мистеру Кроули эти письма?
— Убежден, что нет, — ответил Финч. — Он заплатил за них хорошую цену, и он знает, что меня интересуют именно письма. Деньги не имеют ни малейшего значения.
— Да? — с сомнением протянул Джон. — Но Кроули говорил весьма уверенно. Я надеюсь, это не твой человек его прибьет, когда он попытается добыть эту несчастную переписку?
— После откровений мистера Фелла мне еще любопытнее в нее заглянуть, — признался Финч. — Так что я весьма надеюсь, что ты не позволишь мистеру Кроули совершить никаких насильственных действий. К счастью, в этом здании много камер наблюдения, так что я и сам смогу видеть все происходящее.
Джон кивнул и продолжил следовать за долговязой фигурой, чья развязная походка сама собой привлекала внимание. Но вот миновал один людный коридор, второй, третий — и вскоре вокруг не осталось никого. Джону пришлось поотстать, чтобы не обратить на себя внимания, и в следующее мгновение до него донесся встревоженный голос Финча:
— Мистер Риз, вы тоже это видели?!
Джон рискнул высунуться из-за угла и уставился вслед удаляющейся фигуре.
Женской фигуре.
Несомненно, женской: узкая юбка-карандаш, высокие каблуки, медно-рыжие кудри, струящиеся по спине, тонкая талия, небольшая дамская сумочка через плечо.
Ни одного мужчины в коридоре не наблюдалось.
— Мистер Риз? — повторил Финч.
— Гарольд, ты успел заметить, куда он скрылся? — виновато спросил Джон. — Я его потерял.
— Я вижу вас обоих, — напряженно сообщил Финч. — Вы смотрите прямо вслед мистеру… в смысле, теперь уже явно мисс Кроули.
