Он отпустил ручку двери, несколько мгновений изучая мою фигурку и о чём-то думая.
– Для чего? – наконец поинтересовался.
– Для того, – я мысленно напомнила себе, что глупо отступать сейчас, когда северный маг уже передо мной, и набрала в грудь побольше воздуха, – чтобы освободить Тадеуса.
– Кого? – не понял.
– Белого демона, – потупилась я и опустила голову.
Мы молчали с минуту. Он раздумывал над услышанным, казалось, не веря своим ушам. А потом Грегори впустил меня в дом. Без Линды там было пусто и тихо. Как я узнала потом, прислугу Грегори на лето отпустил. Он и впрямь остался в доме один. И ещё его заинтересовало то, что я назвала белого демона по имени. Как я узнала потом, именно это и послужило основной причиной, чтобы поверить в мою искренность. А я так рада была, что, спустя столько времени, могу, наконец, хоть с кем-то поделиться своей тайны! Не утаила ничего! Почти.
– Это удивительно! – расслабленно выдохнул мужчина. – И замечательно, что ты, такая юная, понимаешь правду Именно, именно! Тадеус неповинен. Его забрали от его семьи, практически выкрали! И как хорошо, что ты не побоялась пообщаться с ним и всё понять. Многие алхимические дети и разговаривать бы с таким не стали. А ты выявила желание ему помочь! И долго вы дружите?
– Почти год, – я уткнулась в поданную чашку с крепким ароматным чаем. – Знаете, с первого взгляда на него, мне сразу захотелось помочь.
Да! Именно так и сказала. Но ведь так и было, даже с первого звука, а не со взгляда! Стоило мне услышать его стоны и метания по подвалу! И плевать, что вызвалась помочь я под напором страха, а не отступаюсь благодаря заключённому договору. Чую, не надо Грегори про договор знать. Вот только одного я не учла, поведав учителю большую часть своей истории: как к этому отнесётся Жан? И я предпочитала об этом не думать.
– Так мне вход закрыт! Только, когда он уезжает и могу прийти, – удручённо говорила мужчине, желающему собрать как можно больше сведений.
– Придётся тебе заполучить его доверие, – неприязненно сообщил Грегори. – Жаль, но не все алхимики приличные люди. И в основном прогнило это Братство Орла. Альва, ты ведь дружишь с Жаном, значит, сумеешь найти общий язык и с его отцом.
Я засомневалась и чуть подалась вперёд, вслушиваясь в слова учителя. Он заверял меня, что, как девушка, желающая стать алхимиком, я могла бы сыграть заинтересованность и в столь специфической направленности, как поимка демонов. И я понимала, каникулы катятся в тартарары, а мне предстоит работать все выходные, вплоть до возвращения к учёбе. Грегори рассказывал свои планы увлечённо и не следя за временем, а я всё больше жалела о моём желании поделиться и мечтала вернуть время вспять. Тогда у меня было бы немного отдыха. Но я кивала и поддакивала О'Доэрти, соглашаясь с его словами. Как-то так вышло, что мужчина уговорил меня подойти к отцу Жана уже завтра. Я пообещала сыграть свою роль.
– Потому что иначе нам его не вытащить, – твёрдо сказал Грегори, почему-то держа меня за руки. – Ты же понимаешь, Альва? Нам не разорвать связь, пока мы не знаем о том, какая именно их держит.
И узнать это предстояло мне.
По пути домой мной овладели сомнения. Они колючими шпильками впивались в мысли, нашёптывая: «Не справишься. Не выйдет». Я сжалась, словно от холода, хотя летнее солнце припекало даже вечером, а на ветер не предвиделось и намёка.
Засыпала с трудом, а спала и того хуже. Ворочалась, просыпалась и разглядывала побелку на потолке, переворачивалась, но заснуть так сразу не получалось. Закутывалась в одеяло, а спустя секунды скидывала его на пол. Безумными гремлинами в голове носились искры сомнения, лишая отдыха и сна.
– Куда это ты собралась? – спрашивала утром бабушка.
– К Жану, – отвечала спокойно, хотя внутри всё сжималось.
Что если это знак? И мне не стоит сегодня идти к Костроунам?
– Воспитанная девушка не станет так часто наведываться в гости к юноше!
Точно знак!
– Пускай, – остановила её мама. – Иди, развлекайся.
Я натянуто улыбнулась. Хорошо, конечно, что мама на моей стороне, только вот сейчас я предпочла бы обратное. Вздохнула и цокнула языком. Мама отпустила, бабушка махнула рукой. Можно идти, а ноги как в вату обратились! И Жан не знает, что я приду.
На трясущихся ногах, с замирающим сердцем я ждала, когда дверь дома Костроунов откроется. На пороге оказался именно тот, к кому меня направил О'Доэрти. Но как начать разговор?
– Жан сегодня занят, – был строгий ответ на вопрос, которого я не задавала.
