— С удовольствием посмотрю, — съязвила я, — Разворачивайте эту вашу боевую ипостась. Желательно прямо сейчас.
Незнакомец тихо рассмеялся низким мягким бархатным голосом. Только теперь я с интересом стала разглядывать навязанного мне соседа. Молодой мужчина, смуглый, темноволосый, явно не местный, — хотя это я поняла и по говору, — глаза раскосые, как в восточных поселениях, крепкий, но не гора мышц, как у бывалых воинов.
— Этьи штуки, — незнакомец кивнул, намекая на серебряные браслеты, — Не дают совершьить оборот. В человьеческом облике огонь мнье не подвластен.
— Вы оборотень? — озвучила я очевидное.
— Дракон, — прозвучало так жалобно, будто этот чешуйчатый стеснялся своего происхождения. Или стыдился — представитель огненной расы попался к лесным жабам.
Ах, да. Дракон! Нам посчастливилось спустить с дерева настоящего заокеанского огненного монстра. Иоран бы пищал от восторга!
Дьявол! Как же пронзительно впивалась мысль о моём дроу. Хотелось выть, лютовать, неистовствовать от досады. Сетовать на судьбу, что уготовала мне такой нелепый конец.
— Лиам, — добавил незнакомец.
— Что?
— Лиам, — повторил дракон, — Менья зовут Лиам.
— Агнес, — с обречённым вздохом представилась я, — И как же тебя сюда занесло, Лиам?
— Я путьешествовал на кораблье, — собеседник совсем сник, — В порту опрометчьиво придалсья пьянству. И там красавьица… Такая… экзотичьеская.
Это он про дриаду? Красавица? Либо кайро дракон был пьян до беспамятства, либо извращенец. Как пить дать, извращенец!
— Околдовала менья, шельма, одурманила, — сетовал Лиам, — Помнью засыпал в трактире, а проснулсья в льесу с басльетами. Пыталсья сбежать, попал в ловушку. Ти менья спасла, Агнес, и из-за менья попала в беду. Сожальею.
Красноглазый заморский дракон пытался бежать от своих пленительниц, но угодил в нехитрый силок. Интересно, зачем вообще дриадам понадобилось похищать его?
Кроны деревьев зашевелились, заскрежетала кора. Всё это время, сидя наверху, две наёмницы молча наблюдали за нами. Будь у меня острый слух, как у дроу, или острое зрение, возможно, я бы разглядела двух зелёных гадин. Да и впору бы догадаться! Разве могут пленники обходиться без стражи?
Дриады спустились с дерева с грацией кошки. Изящно, плавно, почти бесшумно. Кожа их постепенно меняла цвет — сочный зелёный блёк и тускнел, а на его место приходил оттенок пожухлой листвы. Ранняя осень смешивала краски и дриады менялись, преображались, сливались с природой.
Выглядели при этом всё равно жутко.
Я с недоумением покосилась на Лиама.
Вот как — как⁈ — можно позариться на этих страшилищ? Или кайро моряк так изголодал по женской ласке, что готов бросаться и на каракатиц болотных?
— Уже признакомились? — усмехнулась одна из стражей, — Трахаться только не начните, а то меньше заплатят за порченый товар.
Товар? Нас продадут?
— Давай оттащим их подальше друг от друга, — веселилась вторая, — Точно не начнут.
— А чего мы с человечкой то якшаемся? — первая почесала затылок, — В бордели плохо такой типаж идёт. Да и старая слишком. Смысл впрягаться за гроши?
Старая? В бордели?
— Фалора сказала — за её голову хорошо заплатят, — собеседница схватила меня за подбородок, внимательно изучая, — Кому-то она сильно насолила.
— А красавчика жалко, — первая со вздохом оглядела дракона, — Хорошенький. И поиграть с ним главная не даёт. Как так то⁈ Как они проверят, что товар порченый? Не девка же.
— Главная сказала не трогать, значит не трогать, — рявкнула вторая; похоже, она была выше рангом, нежели её незадачливая коллега, — Захочешь красавчика, придёшь в Дом Удовольствий и заплатишь мадам. Мы работаем честно!
Языкастые шпионки нам попались. Всё выдали.
Теперь ясно. Дракона намерены продать в бордель, как экзотического красавца, а меня сдать людям. Главная дриадка осведомлена, что за мою голову назначено вознаграждение. И нехилое, надо сказать! Жаба не упустит выгоды.
— Ла-а-ана, Кайа-а-ара, — услышала я за спиной знакомый голос.
Ни за что на свете не спутаю этот противный протяжный говор, фальшиво растягивающий гласные.
Фалора. Командир дриад.
Собственной персоной явилась по наши души.
Глава 35
Обе говорливые стражницы вытянулись в струну, едва командир обратилась к ним по имени.
Фалора. Тощая, когтистая, цвета трухлявого пня и увядяющих листьев. Ещё страшнее, чем два месяца назад.
Интересно, у них кто уродливее, тот главнее? Так выбирают предводителя?
— Языко-о-ом чешете на посту? — грозным тоном обратилась командирша.
Дриадки вздрогнули. Похоже, их главарь была нетерпима к ошибкам и скора на расправу.
— Все секре-е-еты выдали пленникам? Все пла-а-аны озвучили? — сощурилось страшилище.
— Им никуда не деться, — попыталась было оправдаться та, что выше рангом, — Знают о своей участи. Разве это нарушение?
— Пра-а-авила для всех одина-аковы, — Фалора грозно выпрямилась и посмотрела на соплеменниц свысока, — Как и наказа-а-ание.
Стражницы напряглись. Их пустая болтовня вышла боком — шпион обязан держать рот на замке.