Я улыбалась, пожимала руки и приседала в реверансах бесконечное количество раз, но глаза всё так же искали одного-единственного человека. Даже во сне я продолжала искать Эрика. Надежда таяла с каждым вежливым поклоном, однако вдруг в толпе мелькнул синий с золотой вышивкой сюртук. Я сразу его узнала, именно в нём мой жених танцевал со мной на нашем последнем балу.
— Эрик! — крикнула я и кинулась вслед за удаляющейся фигурой. — Эрик, постой!
Я нагнала его у распахнутых дверей залы и тронула за плечо.
— Эрик! — позвала уже тише, словно боясь, что от звука моего голоса видение исчезнет. — Почему ты убегаешь от меня?
Его плечи напряглись, а потом он повернулся, и я с криком отпрянула. Передо мной стоял Мышиный Король. Его сюртук был изорван, татуировка закрывала практически всю шею, из-за ворота выглядывала, перебирая лапками, противная серая крыса, а чёрные глаза полыхали огнём. Внезапно люди исчезли, а звуки музыки смазались. Вокруг нас воронкой снова кружил ветер, а я отчётливо услышала многоголосый шёпот:
Я резко открыла глаза, жадно глотая ртом воздух. В землянке по-прежнему было темно. Девин крепко спал. По светящемуся контуру вокруг него было понятно, что идёт процесс восстановления магии. Видимо, спасая меня, мужчина потерял действительно много сил.
— Светлейшая мать, защити, — прошептала, осеняя себя защитным кругом.
Сколько себя помнила, кошмары мне снились только в детстве. Тогда моя спальня находилась рядом с маминой, и я регулярно перебегала босыми ногами до её тёплой кровати, забиралась под пуховое одеяло и спокойно засыпала, успокоенная материнскими объятиями. Потом меня отвели к целителю, он дал специальный успокаивающий настой и после курса лечения, я видела во сне исключительно радужных единорогов. Видимо, стрессы пробудили подсознание, и вот, я была уже не в силах успокоить участившееся сердцебиение.
Вспомнив о маме, я невольно коснулась запястья, где ещё прошлым вечером чувствовала родовую печать. Я совсем забыла о ней, а теперь снова не ощущала её на руке, будто и не было. Почему? Ответа на этот вопрос у меня тоже не находилось. С силой растерев лицо, пощипала щёки, пытаясь разогнать остатки сна и шёпот, до сих пор звеневший в ушах, пока не поняла, что это не сон. Просьбы о помощи я слышала наяву. Они доносились откуда-то извне, словно чудесным образом проникая через толстые стены нашего убежища прямиком в мои уши.
Нужно было действовать. Со стоном размяла задеревеневшие мышцы и подползла к спящему мужчине.
— Девин… — аккуратно тронула его за плечо. — Эй, ваше величество, просыпайся!
Он только сладко всхрапнул, подложив ладонь под щёку. Тогда я толкнула сильнее, а после и вовсе ущипнула за бок. Девин вздрогнул и подскочил. На кончиках пальцев заискрила магия.
— Что случилось?! Ты ранена?!
— Если ты немедленно не погасишь магию, вероятнее всего, буду, — я поспешно убрала руки и отодвинулась. — Грозился разбудить меня чуть свет, а сам…
Девин нахмурился, подвинулся к двери и приоткрыл небольшое потайное окошко.
— Ещё совсем рано, — констатировал он, поворачиваясь ко мне. — Ты что, вообще не спала?
— Слышишь? — ответом мне был непонимающий взгляд. — Голоса… они зовут на помощь.
Я ждала объяснения, но Девин лишь нахмурился.
— Нет, не слышу. Пора выбираться, а то с таким количеством стрессов совсем головой поедешь.
Я только вздохнула. Чего ещё можно ожидать от замкнутого хама-изгоя. Однако, может, он и прав, пора вернуться домой, получить заслуженный нагоняй и больше не лезть, куда не просят. Но моим планам снова не суждено было сбыться…
Снаружи оказалось сыро и пасмурно. Снег лежал рваными островками, между которыми темнела влажная земля. Деревья, как и рассказывала Матильда, действительно были чёрными, будто покрытыми сажей, а между ними стелился призрачный туман.
Девин вышел первым для того, чтобы оглядеться и лишь когда удостоверился, что нам ничего не угрожает, подал мне руку. Я вылезла из землянки, со стоном разогнулась и зябко повела плечами, щурясь от дневного света. Не самое лучшее время для прогулки на свежем воздухе.
— Неужели показалось, и это действительно был ветер… — произнесла задумчиво, прислушавшись к шуму ветра.
— Может, и нет, — Девин пожал плечами и, озираясь по сторонам, двинулся вперёд. — Иногда темнота насылает страх в виде голосов. Я уже слышал о подобном. Обычно люди сходят с ума. Тебе повезло, что у нас было укрытие с магическими защитными печатями.
— Но мне не было страшно, — возразила я, обходя мшистую кочку с островком странных грибов на корявых уродливых ножках. — Это была просьба о помощи. Будто говорившие радовались тому, что я пришла, и просили их защитить.
Девин обернулся и смерил меня задумчивым взглядом.
— Что они говорили?
— Я плохо помню… Мне снился праздничный приём. Много гостей, шум, смех… Потом я увидела Эрика…
— Эрика?