Так и уснула, гневно пыхтя, а утром без зазрения совести отправилась с Лиамом кататься на собачьих упряжках. Только хорошо знавшие меня люди могли с уверенностью сказать, что мой чрезмерно громкий смех и неуёмный задор выдавали крайнюю степень злости. Лиаму бы отойти в сторонку и швырнуть в меня парализующим заклятьем, но парень был в блаженном неведении, а поэтому одаривал меня сияющим взглядом и обворожительной улыбкой каждый раз, когда я абсолютно невпопад разражалась ведьмовским хохотом.
Поведение Лиама объяснилось ближе к вечеру, когда после ужина вся семья собралась в большой гостиной. Луиза наигрывала лиричную мелодию на маленькой ручной арфе, мама вышивала, Фриц и его подружка о чём-то шептались, сидя на софе, а папа и крёстный тихо обсуждали деловые вопросы в смежном с гостиной кабинете.
Я сидела на низком широком подоконнике и смотрела в слепое окно. На душе было тоскливо, арфа Луизы задора этому вечеру не придавала, зато служила красивым сопровождением моей яркой фантазии, в которой возлюбленный бросает невесту в угоду плотским утехам и развлечениям. Подлец…
— Грустите, Мари? — услышала я заботливый голос Лиама за спиной. — Кажется, я сегодня излишне вас утомил.
— Нет, что вы, — улыбнулась я, поворачиваясь к молодому мужчине. — Прогулка была чудесна. Воспоминания о ней будут греть меня весь будущий год!
— Не стоит ограничиваться одним воспоминанием, — Лиам придвинулся ближе и заглянул в мои в глаза. — Я подарю вам ещё много моментов, более ярких и стоящих.
Я не нашлась, что сказать. Прозвучало подозрительно многообещающе, я даже напряглась, и не зря, потому что в следующую секунду Лиам ошарашил меня новостью.
— Знаю, что родители должны сказать вам об этом, но считаю непростительным пережитком то обстоятельство, что молодые люди не могут сами обсудить своё будущее, — тихо проговорил мужчина. — Поэтому я решил поговорить с вами лично, Мари. Чтобы новость о скорой свадьбе не стала для вас полной неожиданностью.
Мои глаза стали круглыми, как магические порталы. Я подалась вперёд и, в упор глядя на Лиама, прошептала:
— О какой такой свадьбе вы говорите, Лиам?
— О нашей с вами, дорогая Мари, — в тон мне прошептал он. — Знаю, мы мало знакомы, но поверьте, я стану для вас таким мужем, что каждый день вы будете благодарить Светлейшую Мать за то, что она свела нас.
Я онемела от свалившегося на меня счастья, а Лиам ещё некоторое время расточал комплименты и фантазировал на тему нашего благословенного союза. Когда он наконец заметил, что невеста подозрительно молчалива, то с сомнением спросил:
— Вы, будто, совсем не рады, Мари… А мне сегодня казалось, будто между нами зародилась симпатия.
Сначала захотелось похвалить самопровозглашённого жениха за проницательность, но отчего-то стало стыдно. В конце концов, молодой человек не виноват, что я давно и отчаянно помолвлена.
— Нет, Лиам, отнюдь, — ободряюще улыбнулась мужчине. — Мне лестна ваша симпатия и… вы правы, сегодня днём мне действительно было хорошо рядом с вами, но… Дело в том, дорогой Лиам, что у меня уже есть жених. Мы помолвлены уже много лет и…
— Но… — перебил мужчина, удивлённо уставившись на меня. — Ваш отец сказал, что вы давно свободны ото всех обязательств, и он с радостью одобрит наш брак. Этот союз послужит благом для королевства и откроет…
— Что значит «давно свободна от обязательств»? — ошарашенно уточнила я. — Что значит «с радостью одобрит»?
В душе что-то опасно забурлило, но Лиам, конечно же, снова не понял. Воистину бессмертный мужчина.
— Это может значить только то, что никаких женихов у вас нет, дорогая Мари, — объяснил он, словно неразумному младенцу, и добавил: — Кроме меня, разумеется.
Я вскочила с места, словно подоконник был сделан из раскалённого железа, и ринулась в кабинет. Отец с крёстным просматривали какие-то бумаги, потягивая, кажется, бренди. Не обращая внимания, влетела разъярённой горгульей, снова забыв о правилах приличия и тяжело дыша, уставилась на родителя. Он, в свою очередь, вопросительно посмотрел на меня.
— Что значит «давно свободна от обязательств»? — рявкнула, всё меньше напоминая маленькую принцессу Мари. — Может мне кто-то уже объяснить, почему семейство Флеттинген не почтило нас своим присутствием? И куда вдруг подевались мои обязательства в виде Флеттингена-младшего?!
Отец выдержал поистине бесконечную паузу.
— С чего ты решила, что вас с Эриком Флеттингом что-то связывает, Мария?
Отец произнёс этот вопрос так спокойно, что я вдруг ощутила себя умалишённой, которая придумала помолвку и танцы на балах, подарки и обещание скорой встречи и вообще ВСЁ, чем жила двенадцать долгих лет.
— Мари? — отец саркастически изломил бровь.
— С того, что мы помолвлены? — задала ответный вопрос. — Я ещё достаточно молода и не страдаю провалами в памяти.
— Ваша помолвка была расторгнута ещё два года назад, — возразил отец. — Эрик сам разорвал её, когда оказалось, что его родители…