Зато в последующие три дня он трижды посетил Государственный Кремлевский дворец, отсмотрев и отслушав выступление народного хора Мордовии, проводимое Российским монархическим движением награждение императорскими орденами и концерт военного оркестра духовых инструментов. Сотрудники службы наружного наблюдения фиксировали каждый его шаг, но ничего подозрительного не обнаружили, хотя сам факт посещения столь разноплановых мероприятий свидетельствовал либо о всеядности гостя, либо о каком-то тайном, невыявленном умысле. Либо подтверждал вывод агента-гида о чудачестве заезжего итальянца.
Когда тур закончился, Витторио Джотти с сожалением распрощался со своим гидом, сообщив, что Москва ему очень понравилась, и он обязательно приедет еще, причем будет счастлив, если работать с ним станет именно этот молодой человек. Гид кисло улыбался и неискренне обещал еще раз встретить столь замечательного гостя.
Удобно развалившись в просторном салоне «боинга», выполняющего рейс Москва — Вашингтон, Грант Лернер с облегчением извлек декоративные контактные линзы, достал старомодную трехрядную расческу, привычно взъерошил прилизанные волосы и убрал пробор посередине головы. Человек с серо-зелеными глазами и универсальной европейской прической сразу утратил специфичность итальянской внешности: теперь его можно было принять за кого угодно — немца, бельгийца, шотландца…
Впрочем, если бы Грант готовился к соответствующей роли, то добавил бы несколько деталей, с первого взгляда не оставляющих сомнения в принадлежности к избранной национальности, — например, надел бы килт с клетчатым узором клана Мак-Грегоров… Или выкрасил волосы в рыжий цвет и нацепил излюбленные немцами круглые очки в блестящей стальной оправе.
Наверное, сейчас его внутренний настрой больше соответствовал образу сына вересковых холмов, потому что он выпил подряд три порции «Баллантайна». Впервые за семь дней. И вроде бы отвлекся и расслабился. Именно «вроде бы».
Глядя на стройные ноги стюардессы, обслуживающей пассажиров первого класса, он долго не мог понять, что ему в них не нравится. Потом догадался: слишком спортивные. У жены Зенита нет таких мышц. Он не отвлекся, он продолжал работать и по-прежнему «примерял» людей на роли в своем спектакле…
В восемь тридцать по местному времени «боинг» приземлился в аэропорту «Даллес», где ждал черный «Крайслер» с водителем. Утомленный нервным напряжением последних дней и сменой часовых поясов, Лернер задремал на заднем сиденье, широком, как полка мягкого вагона. Но отдохнуть по-человечески не успел. Когда в пятьдесят седьмом году начиналось строительство штаб-квартиры ЦРУ, Аллен Даллес поставил перед архитекторами задачу: создать атмосферу сельского городка, но при этом чтобы офицеры разведки были недалеко от политиков. Поэтому от центра Вашингтона до резиденции Фирмы было всего восемь миль, которые «Крайслер», пробираясь через пробки, преодолел за тридцать минут.
Изрядно помятый Грант Лернер вошел в холл старого здания со знаменитым панно на полу — орлом, восседающим над «розой ветров». Пройдя турникет под бдительным взглядом офицера внутренней полиции, он в лифте поднялся на четвертый этаж, откуда по стеклянному коридору перешел в новое здание, построенное в девяносто первом году в связи с ростом штатной численности персонала.
Вскоре он вошел в свой кабинет на пятом этаже южной шестиэтажной башни. Хотелось принять душ и выспаться, но вместо этого он по внутренней, тщательно закрытой от любого прослушивания линии соединился с офицером по связям с ФБР и переговорил с ним в течение пяти минут.
Потом набрал на компьютере отчет о командировке и набросал план операции «Рок-н-ролл под Кремлем». Высокий статус особо ценного специалиста позволял Лернеру напрямую выходить на заместителей Директора, но он никогда не пользовался такой возможностью: настоящие профессионалы не любят мозолить глаза начальству. Поэтому он закодировал оба документа и направил их начальнику русского отдела Фоуку. Пусть сам докладывает Директору или кому хочет…
Время до обеда он провел, изучая фотографии сотрудников штаб-квартиры, подготовленные кадровой службой по заданным параметрам: пол, возраст, рост, вес… Из более чем двухсот снимков Лернер, в конце концов, отобрал шесть, о чем тут же известил начальника отдела по работе с персоналом.
В четырнадцать ноль-ноль он спустился в столовую и занял столик в центре зала, за которым уже сидел человек из «персонелити». Один из отобранных Лернером кандидатов находился в данный момент за пределами США, остальные пятеро в течение следующего часа посетили столовую. Изабелле Хондерс и Роберту Ковальски, входившим в эту пятерку, сразу после обеда сообщили, что они временно переходят в распоряжение «дирижера специальных операций» Гранта Лернера. В профессиональных кругах Гранта называли просто Дирижер.
В десять минут четвертого Лернер принял обоих в своем кабинете.
