– Так а что в Смоленске? – пожал плечами Беляницын. – Осаду царь-батюшка снял, теперь князь Пожарский ляхов да прочих ихних прихвостней по уезду ловит. Ну, кого вешают, кого просто вон из Руси выбивают. Воеводу Шеина за верную службу государь местом в Думе боярской пожаловал, золотой саблей, да вотчины ему отписал. Велено боярину в вотчину свою пока возвращаться, отдыхать, чтобы потом место достойное получить при государе, а гарнизон Смоленский под руку князя Пожарского отдан.
– А про наших ничего не слышно? – спросил Дёмин, хотя связывался по рации с Водневым вчера вечером и про передачу Смоленска под руку Пожарского уже знал. Но не спросить о коллегах, оставшихся в Смоленске, он не мог. И Беляницын бы не понял, да и самому интересно.
– Так что там, про ваших-то? – почесал Беляницын затылок. – Слышал, что вчера они с князем Дмитрием Михайловичем Пожарским пособачились. Пожарский свой гарнизон в Дорогобуже ставить должен, своего воеводу. Так бы всё ничего – встретились, поговорили, но князь потребовал, чтобы они ему поясным поклоном поклонились, а не головой кивнули. А ваши в ответ – мол, мордой ты, князь, не вышел, чтобы мы тебе в пояс кланялись. А один, который Денис, сказал что-то вроде – мол, пущай тебе медведь в ножки кланяется. Ну, Димитрий Михайлович рассвирепел, лаяться стал, а который из сербов – не, не Денис, а другой, постарше, князя по матушке послал. Князь-то не один был, а с холопами, те в драку ринулись. Вроде бы и холопам перепало, и князю немножко – глаз подбили. Вот Дмитрий нынче глаз перевязал, да к государю пошёл, чтобы сербских бояр к нему на двор выдать с головой. Ну, а далее, бояре, не знаю, не обессудьте. Велено было к Ярцеву выступать, мы и выступили.
Попрощавшись с Беляницыным, «сербские воеводы» заспешили в Смоленск. Дёмин обдумывал услышанное, мысленно посылая своим подчинённым кары небесные. И не столько за случившееся, сколько за то, что не доложили! Ну, бояре сербские, чтоб вам!.. Ладно, устрою я вам день взятия Бастилии!
Свешников, понимая состояние командира и то, из-за чего тот сейчас злится, примирительно сказал:
– Может, ссора случилась уже после сеанса радиосвязи? Или парни ей значения не придали. Ну, мало ли, с кем подраться могли. И обо всех мелочах докладывать?
– То, что Пожарский решил гарнизон поменять, – мелочь?!
– Не кипятись, господин воевода. Приедем – всё сами узнаем.
Переведя дух, Дёмин спросил:
– И что скажешь, господин историк? Что значит – выдать с головой на двор? В кандалах, что ли? И при чём тут Пожарский?
Кажется, в голове у подполковника не укладывалось, что герой освободительной войны способен на скандалы и кляузы. Свешников, пытаясь припомнить читанное в разное время, рассудительно пояснил:
– Вишь, всем бы князь Пожарский хорош – умён, честен, но у него один пунктик был. Повихнут он на чести княжеской, да на понятиях – кто какое место при царе должен занимать, чтобы умаления его чести да чести рода не было. Кто-то из историков подсчитал, что Пожарский раз двадцать судился с прочими князьями-боярами о месте да чести[48]. Мы-то его как картинку представляем, как памятник, а он же живой человек был, со всеми прибабахами.
– Да уж, представляю, если князь о месте судился, то что он начнёт вытворять, если ему кто-то из наших в лоб дал? – усмехнулся Дёмин, хотя весёлого тут было мало. – Интересно, кто из наших?
– Да кто угодно, – фыркнул историк. – Представляешь, тебе говорят – а ну, смерд ледащий, сойди с коня, да прилюдно мне в ножки падай! Да ты, командор, первым бы такому в глаз засветил. Ещё если царю кланяться – так и ладно, а какому-то князюшке захудалому? Да будь ты три раза Пожарский, спуску бы не дал. Ну, я, конечно, утрирую, но парни бы просто так драться не стали. Опять-таки, мы ж тоже не хрен с горы, а бояре сербские!
– А что значит – «выдать с головой»?
– Ну, это что-то вроде позорного столба, только в колодки не сажают. Тяжбу проиграл о месте – выдадут тебя с головой. Тот, кого выдали, должен целый день во дворе победителя простоять. Насколько я помню, сам князь Пожарский такую тяжбу проиграл, так вынужден был к сопернику на поклон идти. По здоровью да по кошельку не бьёт, а вот по чести да по спеси – это да.
– Ладно, приедем на место, разберёмся, – решил командир, немного успокоившись. Даже если, при самом плохом раскладе, парней заставят простоять во дворе князя Пожарского день – не смертельно.
Команда наконец-таки соединилась в полном составе, чему все были откровенно рады. И в Москве Дёмину постоянно не хватало своих бойцов, да и в Смоленске молодым офицерам частенько недоставало опыта командира и знаний историка.
После радости от встречи настало время «разбора полётов». Однако «старшему боярину» мылить шеи и сносить головы подчинённым было не за что. Парни действовали правильно. Ну, а теперь подполковник Дёмин всё разбирал по пунктам.
