Катковский меня поразил – при кажущейся тотальной информационной голодухе – он много кого и чего знал, и это была настоящая музыка! К примеру, он был просто помешан на Steppenwolf, и я сходу подарил ему альбом Dunhill с целой россыпью рок-хитов. Поначалу Катковский отказался его принимать, но мы настояли, и он, в конце концов, немного поломавшись, сдался, твердо заявив, что остальные альбомы покупает оптом по рыночной цене – все, кроме The Grateful Dead, музыку которой он не любит, считая ее чересчур эклектичной, но зато знает, кто ее у меня оторвет, как говорится, с руками и ногами – деньги при нем, кстати, имелись, вот так мы наконец-то и разжились необходимым кэшем – рейхсмарками. Такая удача – кто бы мог представить! Катковский был на седьмом небе от счастья и только повторял: «Откуда, откуда только такое богатство?» Пришлось опять соврать, сказал, мол, знакомые иностранные моряки из-за океана контрабандой доставили. А что тут еще скажешь, если американский рок-н-ролл, официально объявлен Министерством пропаганды Третьего рейха (в рамках пресловутой борьбы против «вырождения искусства») музыкой низшей расы, фактически находится под запретом. В европейских магазинах грампластинок его днем с огнем не сыскать, ну, разве на подпольных толчках можно купить втридорога у «жучков», но за это, если поймают, можно схлопотать тюремный срок.
И тут на радостях я не удержался, чтобы малость не проэкзаменовать Катковского, попросил его пролить свет на название его любимой группы, мол, знает ли он, откуда оно взялось? Конечно, ответил тот – дело не обошлось без одноименного романа Германа Гессе. Кстати, запрещенного в Третьем рейхе, как и сотни, тысячи других книг. Поэтому, в отличие, от меня роман «Степной волк» не смог прочитать, но очень мечтает. Когда-нибудь, сказал, это случится. И откуда он про все это узнал? Оказалось, из музыкальных программ «Голоса Америки», они дважды по будням вечером в понедельник и в среду передавали на коротких волнах получасовые «Концерт Поп-музыки № 2» и «Концерт Поп-музыки № 1» – именно в такой последовательности. Поймать их волну, конечно, сложно – «Голос» нещадно глушится, но за пределами города все же можно, так что Катковский старался не пропускать ни одной программы, записывая на магнитофон либо вечером, либо утром, когда идет повтор.
Применительно к Steppenwolf оставался один пикантный вопрос. Дело в том, что ее харизматичный лидер вокалист Джон Кей, по праву называемый американской рок-легендой, на самом деле никакой не Джон, а Йоахим – чистокровный немец, родившийся в Тильзите в апреле 1944 года. В пять лет с матерью перебрался из Восточной Германии, оккупированной советскими войсками, в Западную, где подростком, слушая радио янки, вещавшее для американских оккупационных войск, познакомился с новой модной музыкой. Его кумирами стали черные звезды рок-н-ролла – Литл Ричард и Чак Берри. Неизлечимо заболев роком в четырнадцать лет, эмигрировал в Канаду, а затем в США – так Steppenwolf «прописался» в Лос-Анджелесе. Все эта история хорошо мне известна, она случилась в реальном времени, а что произошло с Йоахимом и его группой в альтернативном? Ведь Steppenwolf, как ни странно, здесь существует? Катковский основательно нас просветил. Выяснилось, что и тут, наслушавшись «Голоса Америки», в четырнадцать лет Джон Кей сбежал из опостылевшей Германии. Помог заграничный моряк, числившийся на канадском сухогрузе простым палубным матросом, конечно, не бескорыстно, за приличную мзду, пришлось тогда Йоахиму расстаться с дорогими сердцу семейными реликвиями. После удавшегося побега все пошло, как и должно было идти.
Прошу прощения за столь пространный рассказ, но он помогает разобраться в событиях культурной жизни, так называемого, Тысячелетнего рейха, которому на тот момент исполнился всего лишь сорок один год.
Заболтавшись, Катковский проворонил нужную остановку, и мы выскочили только на следующей – напротив сиротливо стоявшего двухэтажного здания довольно унылого вида, оказавшегося местным кинотеатром с тускло освещенным входом и рекламными тумбами у стены. Там слонялся кое-какой народец, раздумывающий, потратить или нет свои денежки этим поздним вечером – наступало время последнего сеанса.
– «Дзинтарпилс» – единственный кинотеатр в нашем захолустном краю, один зал на двести пятьдесят человек с жесткими креслами, буфета нет, – представил Катковский местный очаг культуры и коротко добавил, – в переводе на русский означает «янтарный дворец».
– По-моему, больше смахивает на армейскую казарму, – мрачно буркнул я.
– Согласен – вид неказистый, но фильмы порой крутят хорошие, вот, кстати, сейчас здесь идет, как, впрочем, и по всей Риге, новая немецкая комедия «Трое на снегу». Говорят, очень веселая картина. Смотрели?
В ответ мы с Шульцем отрицательно мотнули головами.
– Если соберетесь, лучше сходите в «Сплендид Палас» – самый шикарный кинотеатр в Риге. Это в самом центре, рядом с садом Верманес. Правда, там билеты значительно дороже.
