Красный завозился под одеялами, снимая очки. Потом замер. Присвистнул удивлённо. Снова завозился, но, судя по движениям, не надел очки полностью, а просто прижал линзы к глазам. Снова свистнул. Снова зашевелился. Наконец, скинув одеяла, одел очки снова, сдвинув их на лоб, и восторженно покачал головой.
– Ничего себе мне подарочек выдали, – резюмировал он. – Вы правильно угадали, ребят. Кнопка с солнышком включала ночное видение. И какое! Я, когда очки снял, на пол-секунды поверил, что ослеп под этими вашими одеялами! Такой резкий переход от света к темноте вышел! Мировой подарок, с ним многое можно сделать!
– А заодно – многое понять, – раздумчиво проговорил Белый. Пояснил для остальных: – Это же просто логично. Если очки Красного способны увеличивать – значит, нам может потребоваться на что-то смотреть издалека, или изучать какие-то мелкие детали для решения следующих задач. Если в них заложено ночное зрение – значит, тут хотя бы иногда или хотя бы где-то бывает темно. Возможно, даже смена дня и ночи есть.
– Должна быть. Спать-то нам когда-то будет надо, – отметил Чёрный. – Впрочем, возможно и то, что освещение тут постоянно, и создаваемые им нарушения в циклах сна и бодрствования являются частью проводимого над нами эксперимента. Пока рано делать какие-то выводы из функциональности получаемых нами подарков.
– Рано, – согласился с ним Синий. – Но интересно. Тем более что четверо из нас пока ничего такого вот, «личного», не получали. А значит, есть простор для фантазии.
– Да. И мне интереснее всего, какие выводы каждый из пока не одареных сделает, получив что-то своё, – задумчиво кивнул Желтый.
Возможность ответить на собственный вопрос у него возникла минут через десять, когда он решил своё третье задание и тоже получил «подарок». Который, судя по выражению его лица, оказался абсолютно не тем, что он ожидал.
– Оно б скорее тебе подошло, дружище, – отметил он, обращаясь к Фиолетовому и крутя в руках металлический диск толщиной в пол-сантиметра и размером с ладонь, расчерченый какими-то сложными рельефными кривыми. – Это ты у нас – творческая личность. Может, и разглядел бы какой-то смысл во всех этих изгибах. Меня же этот пончик табака ставит в тупик. Единственное, что я хоть как-то понял – это зачем вокруг него верёвочку закрутили.
– Да, с ней как раз всё понятно. Не в руках же тебе свой подарок таскать, в самом-то деле, – с улыбкой согласился Фиолетовый. Принял обсуждаемый диск из рук Желтого, порассматривал его. Заключил: – Насчёт того, зачем он нам, идей никаких. Впрочем, попадись такая штука кому-то в фильме, я б решил, что это волшебный амулет. Ну или загрузочный диск от вселенского компа какого-нибудь, от жанра зависело бы. Так что ты побереги его пока.
– Конечно поберегу, – усмехнулся в ответ Желтый. – Не в том мы положении, чтобы вещами разбрасываться. Даже такими, смысла в которых пока не находим. Всё в дело может пойти, от всего может в какой-то момент быть польза.
Следующий «подарок» группе, полученный Зелёным, продемонстрировал правильность этой идеи. Ведь сначала его предмет – прямоугольный прозрачный контейнер размером с пищевой брикет, заполненный мерцающим разноцветными искрами тёмным порошком – тоже сочли просто интересным сувениром, как у Желтого. Тот даже усмехнулся, увидев, что получил товарищ по пленению.
– Мне, по меткому впечатлению Фиолетового, выдали диск от вселенского компа. Тебе – космос в баночке. Милые у наших пленителей представления о нужных вещах!
Зелёный тоже усмехнулся. Потом покрутил предмет в руках, морщась от боли в левой ладони и стараясь не размазывать по нему кровь из мелкого, но противно саднящего пореза. Порез был результатом решения одного из выданых Зелёному заданий (на определённое пятно оказалось нужным нанести несколько капель крови), но болеть от этого меньше не стал. Впрочем, именно пачкающая прозрачную поверхность и попадающая в мелкие зазоры кровь и помогла им увидеть, что с одной из узких сторон контейнера есть что-то вроде крышки. Открыть её оказалось просто, всего-то и нужно было сжать определённым образом края. После чего Зелёный осторожно, поначалу издалека, принюхался к содержимому.
– Вроде ничего страшного, – неуверенно сказал он после нескольких вдохов. – Приятный запах. Будто пьёшь мятный чай в хвойном лесу. Бодрит и успокаивает.
Осторожно, явно готовый в случае чего мгновенно отдёрнуть руку, притронулся кончиком мизинца к поверхности порошка, подхватив на кожу тончайший слой блестящих крупинок. Снова поразглядывал его немного. И резко, как бросаются в ледяную воду, облизнул палец.
– Псих, – надменно резюмировал Чёрный. – Что за манера – тянуть в рот что ни выдадут? Как вы при этом до нынешнего возраста-то дожили?
