– Прикинь, чувак, – решил он мне вылить душу, – три дня назад иду из магазина и встречаю одноклассницу. Десять лет не виделись. Классная девчонка. Она и говорит: «Давай в кафешку зайдём, поболтаем, кофе попьём». Ну, не буду же я отказываться. Зашли, пьём кофе, болтаем, вдруг вижу – через стекло, с улицы, моя Мариночка нас просверливает своими глазищами. Я бегом попрощался, выбегаю ей навстречу – чтобы кафе из ревности не разнесла в пыль, начал всё объяснять, но куда там – губы надула, два дня не разговаривала, вот – вчера пили, а сейчас мне говорит: «Сегодня тоже буду пить, только пиво и только Светкино». И вот я здесь.
– Понятно теперь, что означает вчерашнее: «Все вы одинаковые, и рожай им после этого», и так далее.
– Во – во. Ну что, выручишь?
– Ладно, сейчас принесу из погреба.
Когда я принёс пиво, моя Света уже сообщила Сергею, что мы тоже едем к ним.
– Маринка звонила, плачет, надо ехать, одевайся быстро, – скомандовала жена.
– Дров не подкинуть?
– Нет!
– Серёга, только я машину не буду брать, сам понимаешь – «выхлоп», так что ты нас и туда и обратно.
– Да не вопрос. Лишь бы буря улеглась.
Когда мы приехали, Жанка уже сидела у них, и они вместе рыдали. Не обращая на нас внимания, Маринка с иголкой в руках сквозь слёзы жаловалась:
– Вот, подруги мои ненаглядные, наверно, уже и дружить со мной не будете, потому что ходить мне придётся в штопаных колготках.
– Да, – я повернулся к Серёге, – это тебе сейчас не только мозг вынесут напрочь, но все остальные твои принадлежности.
– Марин, я пиво привёз, как просила!
– Да на хрен мне твоё пиво, тут судьба вся ломается, – громко с выражением прочитала она. И повернувшись к подругам: – Вот, девочки, я ж ему лучшие годы отдала, а он…
Уткнувшись в заштопанные колготки, она затряслась в истерике. Света села рядом, а Жанка вдруг опомнилась:
– Ну, всё, прекращай, концерт без нас продолжишь, а мы пришли пива попить, так сказать – облегчить утренние муки. Давай, Сергей, наливай и беги за колготками, а то она тебе точно башню снесёт.
Серёга быстро поставил бокалы, налил пиво и тихонько спросил у дам:
– А какие колготы покупать и какого размера?
– Самые дорогие, на меня! – они дружно чокнулись, и, забыв обо мне, лихо опорожнили бокалы.
– Класс! Не думала, что пиво с утра – это вещь! – произнесла моя Светочка и, как вчера, сообщила мне: —Заходи, коль пришёл!
Я уже не знал, что с ними делать, поэтому налил всем по бокалу и предложил выпить за любовь. Как оказалось, не ко времени и не к месту. Получив от каждой порцию ненавидящего взгляда, я узнал, что мы все одинаковые и готовы заглядывать под чужие юбки с утра до вечера.
Через час пиво было допито, колготки примерены, всё, что о нас, мужиках, накипело – высказано и решено вечером идти в кабак в честь примирения Марины и Сергея.
Напоследок, когда прощались на пороге, девочки меня одарили дружественными поцелуями и вскользь сообщили, что Светке повезло с мужем. Я очень этим возгордился, но меня опустили на землю:
– Тебя любить нужно только за то, что хорошее пиво делаешь! И много!
Надо ли говорить, что вечером три великолепные попки в ресторане устроили такое шоу, от которого у мужской половины зала слюнки текли. Ну, а нам с Сергеем и мужем Жанны только и оставалось, что охранять их от посторонних вторжений и гордиться тем, что нам в жизни очень крупно повезло.
Известно, что пьющие люди не дают скучать ни себе, ни людям. Дядя Паша был как раз таким человеком, не давал скучать нам всем и на работе, и дома, но на всех праздниках он был душой компании.
Каждую субботу зимой мы с отцом ходили, а чаще ездили на охоту. Дичи в округе было много, так что всегда возвращались с добычей. В ту субботу дядя Паша с нами не поехал – приболел, а мы отправились втроем – я, отец и его водитель Женька. Ездили много, но до трех часов так ничего и не подстрелили. Солнце уже начало садиться, как вдруг Женька резко затормозил и рукой показал нам на сидящего метрах в 150 глухаря. Птица сидела на высокой ели посреди болотца, так что подойти к ней незамеченным было невозможно. Решили стрелять из мелкокалиберной винтовки. Женька после десятого выстрела передал винтовку отцу, так и не попав по глухарю, отец тоже попробовал, но не попал, дали мне и, как в кино, я с первого выстрела, конечно, случайно, попал. Птица рухнула вниз, мы бегом побежали к дереву. Глухарь был жив и, расставив крылья, набросился на меня, когда я подошел к нему. Мне в мои 12 лет, конечно, было страшно приближаться к огромной агрессивной птице, да и взрослые не без труда с ним справились.
– Добьем? – спросил Женька
– Нет, покажем дома живого, у него только крыло перебито, – ответил отец, на том и порешили.
Глухарь важно ходил по дому, все изучил и… обосновался в туалете на унитазе. Сначала это было забавно, но когда отца не было дома (а кто был на Севере, знает, что там работали по 12–14 часов), то мы с мамой не могли сходить, извините, по нужде.
