Проехать по территории горного королевства незамеченными не удалось. Да и как могла остаться незамеченной группа хорошо вооруженных эльфов? Нет, Ильрохир не рассчитывал сойти за местных. Все-таки эльф, как его ни обряди, останется эльфом. Расчет был на то, чтобы выдать их отряд за охрану, сопровождающую двух знатных этилийских дам, пустившихся на поиски приключений, дабы развеять скуку от монотонности праздной жизни, помноженной на долгий эльфийский век.
Ради воплощения этого плана Тали пришлось слегка изменить внешность. Никакой магии. Исключительно маленькие женские хитрости, густо замешанные на виртуозном владении красками для лица и лицедействе. Этими премудростями владела, разумеется, Хлоя. Она и обучала им Тали, не забывая лишний раз отпустить колкость в адрес внешности и способностей девушки.
– Ох, Тали, – эльфийка картинно закатила глаза, – я уже несколько раз показала, как с помощью серых, бежевых и черных теней создать эльфийский разрез глаз. Ну что здесь сложного? Я понимаю, такая простушка, как ты, никогда не интересовалась искусством преображения. Но все же проще простого. Этот навык у каждой женщины в крови. Допускаю, ты планировала довольствоваться тем, что боги послали, но неужели никогда не задумывалась о том, чтобы сделать себя хоть сколько-нибудь привлекательной? Пусть и с помощью подручных средств.
– Я и так привлекательна! – возмутилась Тали, на что Хлоя лишь презрительно фыркнула. – И я умею наносить тени. Просто раньше мне не приходилось изображать того, кем я не являюсь.
Дабы продемонстрировать собственные способности, девушка провела остро заточенным карандашом черную линию над левым веком. Правда, в финале рука чуть дрогнула, и стрелка на конце получилась смазанной.
– О да! Ты истинный мастер преображения! – съязвила эльфийка. – Вот, например, сейчас ты весьма талантливо преображаешься в портовую шлюху. Только нужна ли мне продажная девка в спутницы? Думаю, нет. Полагаю, и Ильрохир от подобной компании будет не в восторге. Все-таки по плану ты должна изображать мою племянницу. Юную прелестную эльфийку, только что вошедшую в брачный возраст. Но вместо невинной девы мы имеем вульгарную, прожженную бабенку, готовую задрать подол перед первым же стражником.
– Ну все, с меня довольно!
Тали в бешенстве отшвырнула промасленную тряпку, которой стирала с лица грим. Покрытая буро-серыми разводами тряпица плюхнулась на туалетный столик, заваленный банками, склянками, бутылечками, кисточками и пуховками разных цветов и размеров. Девушка вскочила и принялась мерить шагами так называемый номер высшего разряда – единственные комнаты в небольшой гостинице, которые могли соответствовать взыскательным вкусам прекрасных этилийских дам.
Для отделки комнат не пожалели розового и позолоты. Огромное ложе, на котором мог свободно разместиться весь отряд Ильрохира, было застелено батистовым ярко-розовым покрывалом, ножки и спинка кровати щедро позолочены. Зеркало на туалетном столике заключено в золоченую раму. Пол устилал мягкий ковер того же оттенка, что и покрывало. Лепнину на потолке покрывал слой все той же позолоты, местами свисавшей лохмотьями и угрожавшей сорваться, осыпав постояльцев золотой пыльцой с примесью побелки.
Тали в бешенстве загребала ногами ворс розового ковра. В глазах ее полыхало золотисто-розовое пламя. Она в очередной раз, неизвестно какой по счету, переживала приступ жгучей ненависти к Хлое. Тали хотелось дать хоть какой-то выход сжигавшим ее эмоциям или, на худой конец, сбежать к другим эльфам, оставив все аляповатое великолепие гостиничного номера в единоличное пользование заносчивой эльфийки. Мужчины разместились в комнатах по соседству в условиях куда более аскетичных.
Наконец, девушка прекратила лихорадочные метания, развернулась к соседке по апартаментам и выдохнула:
– Знаешь, Хлоя, временами ты становишься просто невыносимой! Я бы даже сказала, ты невыносима бо́льшую часть времени, что нам приходится проводить вместе. Не знаю, чем вызвано подобное поведение. Возможно, все дело в природной стервозности. Возможно, тебе в детстве недодали любви и ласки, и теперь ты восполняешь недостаток этих светлых чувств таким своеобразным способом. А может, ты просто-напросто завидуешь мне?
– Ха. Ха. Ха, – с расстановкой произнесла эльфийка и вяло поаплодировала. – Интересные умозаключения. Чему, по-твоему, я могу завидовать? Невзрачной внешности? Полному отсутствию манер? Неумению остроумно парировать колкости? Боги с тобой, Тали. Тебе нужно многому научиться, прежде чем я смогу завидовать тебе. Вот Ева была на порядок интереснее. Она умела изящно ставить противников на место. Да и в искусстве преображения с ней мало кто мог соперничать. Жаль, ты не помнишь себя той, прежней.
– И ничуточки мне не жаль! Эта ваша Ева та еще дрянь!
