Спичечная фабрика полностью

Второй. Там я начинаю сербскими и ими же заканчиваю, в середине другие национальности, чтобы показать: я помнил о своих корнях, я пробовал многое, но вернулся к корням.

Первый. А вам самому какие танцы больше нравятся?

Второй. Если хочешь нравиться многим, ты должен прежде всего отказаться от своих интересов. И чем большему количеству людей нужно понравиться, тем меньше остается на свой интерес.

Комната полиции при московском вокзале. Черный прожженные в нескольких местах лавки, плакаты кажутся старше стен. Множество людей всех рас и мастей. Кто лежит в углу, кто прислонился к стене.

Среди прочих Мансур и Тамаз. Рядом с ними Катя: смотрит на потолок, громко дышит.

Тамаз. Девушка, тебе плохо, что ли? А?

Катя. Вы говорите по-русски?

Тамаз. Конечно, говорю. Здравствуйте.

Катя(начинает реветь). Меня не пускают домой.

Тамаз. А! Не реви, не реви! Смотри сколько нас? Кого пускают, они не хотят, кого не пускают, они тоже не хотят. Нет гармония в мире.

Мансур. Поняла. Да?

Катя(продолжает реветь). Ой.

Тамаз. Не бойся, девушка. Воды будешь? Чистая вода. Из киоска, не из крана.

Катя. Спасибо.

Тамаз. Меня Тамаз зовут, а этот Мансур. Он брат мне. Не родной, но брат.

Катя. Очень приятно. Катя.

Мансур. И мне приятно.

Тамаз. Куда хочешь-то?

Катя. В Россию, домой, к маме хочу.

Тамаз. Так мы же в России! Москва!

Катя. В Россию, в мой город! У меня русский паспорт в чемодане. Чемодан украли-и… А загран закончился, пока я с пересадками через Гонконг и Сеул почти неделю летела. Меня отсюда не выпустят домой… Они меня в консульство…

Тамаз. А где консульство?

Катя. В Сиднее.

Тамаз. Где?

Катя. В Австралии. На другом конце Земли, на краю Земли…

Мансур. На край Земли пошлют, сказка прям.

Тамаз. Не, не пошлют. Тут никого не пошлют. Тут поговорят, поговорят, а потом говорят: «Да иди, хач, чтоб больше на вокзале не ошивался без регистрация».

Мансур. Для порядка это, так просто. Чтоб порядок был, чтоб пугать нас. А на край света… не…

Катя(перестает всхлипывать, пьет воду). А вы казах?

Мансур. Ты чё! Таджик я! Таджик! А Тамаз вообще абхаз. Если б я казах был, я б сюда не поехал ни за чё!

Катя(рассеянно). Почему это?

Мансур. У меня страна бедная, богатый был, не приезжали бы. Казахи сюда не едут. Государство дает все, кредит, все дают, обеспечивают всем. Кто там работает, у кого денег много, в комнате сидит там, делает с компьютером, работает. Они там даже вышеобразованные есть. Ты вот, Катя, вышеобразованная?

Катя. Да. Вышеобразованная.

Мансур. Счастливая ты. Я вот тоже хотел бы быть вышеобразованным. Но нельзя, работать нада. Даже школу нельзя покончать было. В пятом классе школа кончился, ездить надо было далеко. Отец говорит: «Работай, а то и так ешь быстро».

Катя. Почему быстро? Много?

Мансур. Да не, немного. Быстро. Отец говорил: быстро сглотишь все, не заметишь, сыт не будешь. А медленно ешь, наешься. Меньше еды тогда нада.

Катя(с интонациями Себастьяна). Понятно. Вы, наверное, думаете, вам не повезло с родиной…

Мансур. Как не повезло? Везло нам, очень везло. У нас тепло, у нас к отца уважение. У нас пить, курить нельзя, потому что стыдно, Аллах видит. У нас язык какой красивый. Какой красивый таджикский язык! У вас тридцать три буквы язык, а у нас тридцать девять, какой богатый таджикский язык! Ты знаешь какой еще язык, кроме русский?

Катя. Знаю.

Мансур. А какой самый красивый? Который знаешь или который русский?

Катя. Я не знаю… Наверное, русский.

Тамаз. Да, я тоже думаю, абхазский самый красивый, мама красивее всех говорит. И горы у нас белые, небо синие, озеро зеленое. Самое красивое озеро в мире, Рица озеро.

Катя. Да, я слышала, что там красиво…

Тамаз. А ты где была? Красиво?

Катя. Да, красиво. Цивилизованно. Только я пожалела на это жизнь тратить.

Мансур. А какая разница-то? Тут тратить, там тратить. В Россия тут очень цивилизованный жизнь, вода вот в киоске. Но ведь это все равно. Эта временный жизнь. Некрасивый жизнь, потому что человек человека по башке – баммм! А все почему? Потому что думает, что баммм ничего, что после этой жизнь все будет потом. Не понимаешь?

Катя. Не понимаю.

Мансур. Я не могу по-русски, чё? (Тамазу.) Как сказать ей?

Тамаз. Он говорит, что как эта жизнь закончится, после нее новая жизнь начнется, лучше.

Катя. А… и небо в алмазах.

Мансур. Да что алмазы… деньги, деньги… Не будет денег, не будет ничего. Только все братаны будут.