— По моим скромным подсчетам, ваш сверхдальний люгер будет стоить раз в сто дешевле, чем один "Венизелос". Я думаю, республика такие затраты потянет. Если к власти не придут изоляционисты... Но они не придут. Если мы красиво и успешно проведем эту кампанию — мы выкинем их из активной политики лет на сто. И это — еще одна причина, почему я советую вам согласиться.
— А если мы эту кампанию проиграем?
Гаррис перестал улыбаться.
— А вы постарайтесь не проиграть, — сказал он. — Если проиграем, будет плохо нам всем. В подготовку нового флота сейчас вложены такие мощности, что отыграть назад будет достаточно трудно. Если в результате кабинету придется уйти в отставку — я не удивлюсь. Догадываетесь, кто тогда придет к власти?
— Нельсон Двайер?
Гаррис одобрительно кивнул.
— Вижу, что за новостями вы все-таки следите. Не только за научными... Да. Пока что Двайер не опасен. Но он дышит нам в затылок. Изоляционисты выискивают наши малейшие промахи. В этой ситуации... Мятлев, конечно, принял рискованное решение — но он его уже принял. Выиграть можно много — во всех смыслах. В партии, которая сейчас начинается, "Венизелос" будет ферзем. Видите, как я откровенен... Ну что? Беретесь?
Алексей медлил.
— Если хотите, можете пригласить к себе кого-нибудь из товарищей по звездным экспедициям, — добавил Гаррис. — Если вам так будет проще.
Алексей решительно мотнул головой.
— Нет, не нужно. Если уж я за такое возьмусь, я предпочту быть в одиночестве и начать подбор людей с нуля. Вы же мне в этом поможете?
— И не только я... Конечно, помогу. Как может быть иначе?
Терентий Мильтиад проснулся в шесть часов утра. Сквозь тонкие шторы лился кремовый свет. Все правильно, на этой широте в это время уже светло... Он сел на кровати — сон слетел сразу — и только тут задумался.
На этой широте?..
Ну да, конечно. Я в Аполлонии.
Вот жизнь. Двух ночей на одном месте не проведешь. Все носит куда-то...
Он нажал розовую настенную клавишу, означавшую требование легкого завтрака, и подошел к окну.
Тонкие полуготические башни Дворца магистров плавали в рассвете...
Красивый город. Впрочем, здесь, на Побережье, все города красивые.
Он прикрыл глаза. Беспокойство было рядом, как зубная боль.
Гражданская война. Она началась. Генерал Аммон уже объявил себя наместником Нового Алжира — против воли императора объявил. Велизарий пока отмалчивается, и правильно делает. Но отыграть назад теперь нельзя. Следующий ход неизбежен.
Кто его сделает?
База по подозрительным офицерам наземных войск хранилась у Терентия на личном ординаторе. Значительную часть ее он уже помнил наизусть. Спасибо Хризодракону. Сотни имен: ротмистры, подполковники, майоры... Терентий ни секунды не сомневался, что за всеми ними стоят люди повыше. Имперские генералы, черт бы их побрал. Серьезные вояки, у каждого из которых есть преданные лично ему солдаты и боевой опыт.
Волки. Может быть, даже тигры.
Леонтий Аргеад. Диоген Хризолор. Роман Кантакузин. Фердинанд фон Красовски.
Все четверо — командиры соединений, находящихся здесь, на Антиохии...
Двое, а то и трое из этих четырех — наверняка в заговоре. Но как узнать, кто именно? И кто чист? Сейчас Терентий был вынужден признать: его разведка не справилась. Море подозрений, и — ни одного факта, с которым можно выйти на доклад к императору.
Потому что превентивный арест командира такого уровня — это готовый мятеж...
Мятеж, впрочем, и так уже есть.
Стоит ли продолжать бояться?
У Терентия вдруг перехватило дыхание, так, что он пошатнулся. Оперся рукой на оконное стекло, благо они в имперских резиденциях не пробиваются даже бомбой...
Так. О чем была мысль?
...Стоит ли бояться? Какого, собственно, дьявола? Превентивный арест так превентивный арест. Сегодня же. Хуже-то не будет. События уже кипят...
Он торопливо сел к столу и вывел ординатор из "спящего" режима.
Доклад императору. Срочно. И в выражениях — не стесняться.
Не понравится военным, что командиров боевых соединений будут арестовывать кавалергарды? О, еще как не понравится. И ладно. Потерпят. А кто поднимет мятеж — пусть ему же будет хуже. Кончились шутки...
Прозвенел дверной звоночек. А, это завтрак принесли, сообразил Терентий.
— Войдите, — сказал он устало.
Акустический элемент двери, как и полагалось, откликнулся на звук голоса. Слуга-симплиций аккуратно поставил на столик тарелку с поджаренным хлебом, стакан с молоком и бесшумно ретировался. Терентий взял стакан, отпил.
Потом он повернулся к клавиатуре и начал набирать свой рапорт.
Как можно решительнее. Без преамбул.
"Ваша вечность!
Последние события на планете Антиохия, вкупе с не вызывающими у меня сомнений разведданными, требуют чрезвычайных мер.
Решение, которое я Вам предлагаю, является беспрецедентным, но я убежден: только оно может предотвратить нарастание гражданской войны.
К данному письму прилагается список..."
Вдруг загудело так, что заложило уши. Снаружи. Что за черт? Гул удалялся. Терентий бросился к окну и успел увидеть в воздухе трапециевидный, словно бы вибрирующий силуэт. Тяжелый штурмовик модели "тандерболт".
