Наконец, Коля придумал, как быть. Уперевшись обеими ногами в стену душевой кабины, он лег на холодное дно и просунул пальцы в щель. Теперь движение стало похожим на приседания с гантелями, которые на его глазах каждое утро проделывал папа. Только плоскость другая – горизонтальная, а не вертикальная. Упираясь изо всех сил, он распрямил ноги – и отодвинул дно!
Желание поскорее выбраться из камеры толкало его вперед, однако, прежде чем нырнуть в тоннель, он наскоро распотрошил готовый обед и набил карманы хлебом и чем-то вроде рыбных палочек. Когда ему представится случай поесть, он не знал, а переходить на крысиное мясо так скоро ему не хотелось.
Наконец, еле-еле протиснувшись в узкую нору (то ли Крис был более щуплым, когда бежал отсюда, то ли стенки осыпались), он оказался в подвале. Из дыры за его спиной лился слабый свет, но он не мог рассеять тысячелетнюю темноту подвала.
– Крис? – позвал Коля, внезапно испугавшись. – Ты здесь, друг?
– Я здесь, – раздался голос откуда-то сбоку, – но с чего ты взял, что я тебе друг?..
И Коля почувствовал, как холодный металл скользит по его руке.
---
Все решили рефлексы.
Коля не успел понять, что происходит. Он дернулся вбок и упал, споткнувшись о какую-то трубу. Металл просвистел над ним. Если бы не падение, он сейчас недосчитался бы уха, а то и всей головы.
Глаза постепенно привыкали к сумраку подвала. Коля увидел, что буквально в паре шагов перед ним медленно ворочается какая-то масса. Он отскочил назад еще на метр, ободрав локоть о ржавый бок какого-то агрегата, и окончательно рассмотрел своего противника. Крысоед был жалок: тощий, заросший волосами до пояса, с бледной кожей. Однако у него было оружие. И отсвет на полукруглом, похожем на серп лезвии подсказал Коле, что враг снова поднимает руку. Но господи, как же медленно он это делал!..
Коля глубоко вздохнул и, вспомнив скорее телом, чем головой, что нужно делать, когда на тебя вот так неумело нападают с ножом, ушел с линии атаки. Затем перехватил запястье ошалевшего Криса и вывернул ему руку. Бледное тело обмякло неожиданно быстро. Коля удивился, до чего же легок и слаб его враг. Видимо, диета из отбросов и крысиного мяса не пошла ему на пользу.
– Как ты?.. – пробормотал Крысоед и задохнулся, не закончив вопроса.
– У нас это называется айкидо, – Колю распирало самодовольство. – Я с восьми лет в секцию хожу. Еще хочешь? Или хватит?
Он вдруг понял, что может запросто сломать руку этому белесому монстру. На тренировках он никогда не доводил прием до конца, а сейчас легко мог бы это сделать. Осознание власти, однако, быстро перешло в отвращение. Он пинком отбросил в сторону Крысоеда и подобрал его нож, вблизи оказавшийся обычным заточенным о камень куском железа.
– Значит, ты меня для этого выманивал? Хотел сожрать, небось, да?
– Тебя не сожрешь, ты жесткий, – с кислой улыбкой ответил Крис-Крысоед. Или уже людоед?
– Но изначально план был такой, да?
Враг ничего не ответил. Он сидел, глядя в пол, и дул на безжизненно висящую кисть.
– Подожди-ка, – нахмурился Коля, пораженный внезапной мыслью. – А псих, про которого ты рассказывал. Из твоей камеры. Ты его съел?
Крысоед захихикал. Стало ясно, что он немного не в своем уме.
– А проход? Ты наврал про тоннель в Нижний Мир, да? Чтобы выманить меня из камеры? Говори! – он выставил нож и сделал шаг в сторону монстра. Тот перестал смеяться и ответил неожиданно высокомерно:
– Ты сам-то понял, что сказал? Какой кретин полезет из камеры в Нижний Мир? Да там же одни уроды живут!
Произнеся эту фразу, он вдруг как-то подобрался: сел, выпрямив спину, и перестал трясти вывихнутой рукой. Коля поразился перемене. Только что перед ним сидела волосатая обезьяна, а теперь его собеседник, впервые с момент его появления в подвале, обрел человеческий облик.
Он даже подумал, что Крис, наверное, тут так давно живет, что сошел с ума. «У него, наверное, раздвоение личности, – подумал мальчик, гордый тем, что читал про подобные случаи в какой-то книжке. – Иногда он Крис, и тогда он нормальный, а иногда Крысоед». Впрочем, мысль эта тут же пропала, вытесненная более важной.
– Значит, проход существует?
– Ну, существует. А ты пожрать ничего не взял?
Свободной рукой Коля вынул из кармана котлету. Крысоед вскочил, но, вспомнив то ли про нормы приличия, то ли (что более вероятно) про айкидо, снова сел и сложил руки на груди.
– Если скажешь, где проход, отдам всю еду, которая у меня есть.
– Дай хоть что-нибудь, – жалобно проскулил Крысоед. – Я дня три ничего не ел! Крысы слишком шустрыми стали в последнее время…
В обмен на котлету одичавший пленник показал ему лестницу, приставленную к дыре в потолке. Держа наготове нож, Коля направился к ней в обход монстра. Впрочем, тот казался совершенно обессиленным и неопасным: драка окончательно истощила его.
Поднявшись по лестнице, Коля увидел несколько досок, криво прибитых к утопленным в цемент балкам.
– А дальше что? – спросил он.
– Ковыряй, – сквозь чавканье ответил Крис-Крысоед, – снимай доски. За ними проход. Наверху.
