– Мне тоже стало легче, Рик, но тебе лучше поскорее отвезти меня домой, иначе миз Летти достанет дробовик и будет настаивать на том, чтобы ты вернул мне честное имя, – поддразнила она.
– Или Дилл Бейкер, и поверь мне, дорогая, я больше боюсь стать его мишенью, чем оказаться под прицелом дробовика миз Летти. – Он приоткрыл дверь и крикнул: – Эй, Крикет, я отвезу Дженни Сью домой. Тебе что-нибудь нужно в городе?
– Ничего, – ответила она.
Через несколько минут он уже подъезжал к дому Летти.
– Спасибо, что выслушала меня сегодня.
– И тебе спасибо. Просто там, в саду, все как-то располагало… – Она замолкла.
Он положил руку ей на плечо.
– Я понимаю.
– Думаю, что да. – Три раза или четыре он прикоснулся к ней в тот вечер, и каждый раз ей хотелось большего. Поцелуя или даже долгих объятий. – Спокойной ночи, Рик. Увидимся завтра.
– Я только припаркую букмобиль у библиотеки и сразу приеду в книжный магазин. Может, включусь в продажу бобов или помогу тебе сортировать книги. – Он положил руку на руль. – Спасибо за все, Дженни Сью.
– Всегда пожалуйста, но это я должна благодарить тебя.
Она выпрыгнула из машины и направилась через гараж к себе, когда Летти крикнула из кухонной двери:
– Я тебя искала. Заходи. Выпьем горячего шоколада с печеньем. У меня есть новости.
Она резко повернула назад, направляясь к крыльцу, с сандалиями в руках.
– Я прямо из сада, так что могу натоптать у вас тут, – предупредила она с порога.
– У меня есть очень хорошая уборщица, которая придет через пару дней, так что я не переживаю. Садись к столу и давай поболтаем. Господи, как я люблю, когда ты рядом. Как будто ты моя внучка, которой у меня никогда не было, – сказала Летти.
В горле Дженни Сью застрял ком.
– Я бы обняла вас, но не смею, потому что слишком потная и грязная.
Летти похлопала ее по плечу.
– Мы обнимемся позже. Горячий шоколад в мультиварке. Я готовлю его раз в две недели и храню в холодильнике. Очень хорошо идет с небольшим количеством виски по ночам, когда я не могу уснуть. Хочешь плеснуть виски в свой шоколад?
Дженни отрицательно покачала головой.
– Если честно, я не хочу ни есть, ни пить.
– Тогда расскажи мне, как идут дела на ферме.
– Прекрасно. Мы собрали большой урожай для завтрашних поставок, и, кажется, Крикет потихоньку оттаивает. Сказать по правде, мне нравится ее прямота. Мои школьные подруги по большей части были дочерьми суитуотерских красавиц, а в колледже меня окружали сестры из женского общества. Я всегда чувствовала, что они только и ждут, когда я выйду из комнаты, чтобы позлословить обо мне. С Крикет мне не нужно выходить из комнаты. Если ей есть что сказать, она говорит это в глаза.
Летти взяла из вазочки печенье.
– Секрет хорошего печенья с пеканом – в натуральном сливочном масле. Никогда не используй маргарин. – Летти протянула ей кружку с шоколадом, и Дженни Сью учуяла запах ирландского виски. – Можешь глотнуть моего, просто чтобы знать, насколько он хорош.
Дженни Сью сделала маленький глоток и закатила глаза.
– Чудо. В следующий раз обязательно выпью с вами чашечку.
– Я могу разогреть тебе чашку в любое время. Разве ты не завела подруг в Нью-Йорке?
– Их было немного, но, когда Перси развелся со мной, они перестали приглашать меня к себе и даже звонить. Признаться, когда я уезжала, мне и прощаться-то не с кем было, разве что с парнем из налоговой, который должен был забрать у меня ключи от квартиры и моей машины.
– Как же ты жила в таком аду? – Летти недоверчиво покачала головой.
– Так вот и жила. Вы говорили, вам есть что мне рассказать, – ответила Дженни Сью и потянулась за печеньем. Только попробовать, потому что все приготовленное с натуральным сливочным маслом и свежими орехами пекан не могло быть невкусным.
– Да, конечно. Твоя мама и ее суитуотерские сучки возвращаются домой раньше, чем планировали. Помнишь, мы говорили, что Белинде нездоровится? Ну это никак не связано с пищевым отравлением. Она беременна. – Летти обмакнула печенье в шоколад а-ля ирландский кофе.
Дженни Сью не думала, что сможет произнести хоть слово, но стоило ей открыть рот, как слова сами посыпались наружу, словно шарики из консервной банки.
– Боже правый! Как вы это узнали? У них же строгое правило не разглашать информацию друг о друге никому, кроме членов клуба.
– Конвейер слухов тянется далёко, – рассмеялась Летти. – Попробуй печенье и скажи мне, что ты думаешь.
Дженни Сью закатила глаза. – О. Боже. Мой. Это круто. Белинда беременна? Обеим ее дочерям, должно быть, лет по двадцать, не меньше.
– Чертовски жирное, но стоит того, – сказала Летти. – И дочерям Белинды уже за двадцать. Раз уж мы перешли на дочки-матери, скажу одно: тебе нужно помириться со своей мамой. Будь у меня такая дочь, как ты, я бы из кожи вон лезла, чтобы сделать ее счастливой. Но не такова Шарлотта. Если после вашего примирения ты больше не сможешь убираться у меня, я как-нибудь переживу. Но даже за это короткое время мы достаточно сблизились, и я не хочу, чтобы ты когда-нибудь пожалела о том, что стала моим другом.
Дженни Сью положила руку на плечо Летти.
