– Завтра так завтра, – киваю ему, не спешу уходить, растягиваю момент. Это напоминает телефонный звонок, который никто не может закончить, оставаясь на проводе.
– Я наберу, как договоримся обо всем с Тимом, – повторяет Даня то, что мы обсуждали в такси, чтобы снова не сорваться в поцелуи, так как меня смущало присутствие подглядывающего в зеркало заднего вида водителя.
За время танцев с волшебной фляжкой мы успели решить отмечать Новый год и день рождения Дани все вместе. Вчетвером. Оказалось только, что Тим уже попросил Лизу подыграть ему в театральном представлении перед какой-то теткой, кажется маминой сестрой, через которую та передала им на праздник тазик оливье и кучу закруток. Непонятно, когда она заедет, так что будем действовать по обстоятельствам, раз все вышло спонтанно.
– Да заходите уже, а то отморозитесь же без гамаш! – в открытую форточку возмущается баб Валя.
Хорошо хоть без компота наготове. Странно, что моих сестер не слышно. И когда я, попрощавшись с Даней в десятый раз, захожу счастливая домой, то понимаю почему. Крик стоит невообразимый, аж барабанные перепонки ломит. Я вешаю пальто на крючок и крадусь мимо них.
– Ты его бросила! Сама!
– А ты теперь с ним сосешься в нашей комнате!
– Мы просто смотрели кино! Ты бесишься, потому что дура!
– Сама такая!
Рита с Ветой орут друг на друга так, что, кажется, слюни летят во все стороны. Вот-вот патлы начнут друг другу выдергивать. Всегда в их схватках переживала за Риту, которая слабее, но сейчас, кажется, у нее боевой настрой.
– Что тут происходит? – спрашиваю у Розы.
Она раскачивает плачущего Лёву на руках, подражая ракете, взлетающей в космос, а я целую бандита, свисающего вниз головой, в лоб. Папы, видимо, уже нет дома, раз эти двое не боятся повышать голос.
– Паша, – коротко поясняет та. – Приготовься их разнимать.
Я всегда готова.
– Ненавижу тебя! Почему тебе понадобился именно он? Столько парней вокруг! Ты же каждую пятницу западала на нового! – визжит Рита не своим голосом.
Аж вены на лбу вздуваются, главное, чтобы голова не лопнула. Хорошо, что я пополнила ее запасы таблеток от мигрени, завтра по-любому будет страдать.
– А я ненавижу тебя! Весь мир крутится вокруг тебя и твоих болячек! Бедная-бедная Рита! На меня всем плевать!
Видимо, грядет что-то серьезное, эти двое никого не замечают.
– А ты думаешь, мне нужно это внимание? Когда я несколько дней подряд не могу встать с кровати. Когда не могу пойти гулять с парнем, потому что мне плохо. Когда отказываюсь ехать с ним в горы, потому что снова испорчу отдых. Что на этот раз будет: ангина, насморк, мигрень, отравлюсь и буду обниматься с унитазом? Чтобы над ним опять смеялись его друзья, а он терпел ради меня? Я думала, эти капельницы помогут, а с ними вообще с ума стала сходить! Меня постоянно тошнит! Хватит! – с надрывом выдает Рита. – Я ненавижу себя. Ненавижу свою жизнь, – говорит тише и оттого пронзительнее, а когда смолкает, в квартире становится слишком тихо. У этой тишины горькое послевкусие.
Риту и правда чертовски жалко. Иногда, в сложные минуты, мы все волей-неволей хотим оказаться на ее месте: ничего не делать, лежать, болеть и пить чай, который тебе приносят в комнату. Не задумываясь о том, как в этом всем ей приходится жить. Но от Веты я подобного понимания не ожидаю, она чересчур зациклена на себе. Собираюсь вмешаться, только если девочки продолжат спорить.
– Значит, ты поэтому с ним рассталась? – А Вета удивляет. Складывает руки на груди и кивает в сторону Риты, и я не сразу догадываюсь, к чему ведет. – Ты его любишь, но решила не портить ему жизнь? Типа без тебя ему будет лучше и проще?
Рита моргает. Кажется, удивлена аналитическими способностями Веты не меньше моего.
– Ты и правда круглая дура, потому что это так не работает! – с надрывом выдает Вета. – Он любит тебя больше жизни! И ему плевать, насколько ты поломанная. Мы всё это придумали, чтобы ты… Не встречались мы. Иди к нему, он на крыше курит.
И она, взмахнув волосами, скрывается в комнате. Оставляет нас в гробовом молчании. Мы с Розой и Лёвой замираем в ожидании. А Рита, простояв еще какое-то время вся в своих мыслях, летит с ускорением на выход. Однозначно не ей сейчас необходима поддержка. Переглянувшись с Розой, которая кивает мне в знак понимания, я иду в комнату девочек и стучу в дверь. Вета агрессивно кричит мне в ответ, что занято, но это простая формальность, которая меня не остановит, – я предупредила ее, что войду. Сделав это, прохожу к противоположной стене и сажусь на Ритину кровать. Вета лежит вполоборота ко мне с открытыми глазами. Смотрит в потолок, ровно дышит. Не плачет – уже ладно.
– Что ты хотела? Если поругаться, то я не в настроении. Давай оставим до завтра? На сегодня перевыполнила план.
– Я пришла узнать, как ты.
Вета резко оборачивается, чтобы нагрубить, как обычно, но осекается. Осматривает меня, вспоминая, где я была.
– Ты красивая, – говорит искренне, без своего вечного сарказма или стремления подлизаться для собственной выгоды.
– Спасибо, но я пришла узнать не об этом.
