Сплетня полностью

Собачница тоже не заставляет долго ждать. Уже скоро не вползает, а разве что не с фанфарами влетает через главный вход (и, кажется, главная змейка ей даже рада). Вся такая сияющая, будто и не было ничего. Почти рекламным жестом смахивает волосы назад – одно притворство. Но ладно уж, у меня тут свое.

– Что им отнести? – спрашиваю у Наташи, кивнув в сторону серпентария.

– Да не парься, я сама.

Я же говорила, у Никитичны очень добрая душа. За всех бы отработала, если бы могла, а у нее еще сестра младшая есть, которая без папы растет. Наташа и ей, и маме помогает.

– Мне надо, – коротко поясняю я.

Шепчу, что очень, и она уступает. Еще и понятливая! Ну, прелесть. Хватаю поднос с салатами для трио и по пути к ним щипаю зависшую в фантазиях Лизу.

– Ты мне нужна, – говорю ей на ухо.

– Что? – Она оглядывается по сторонам, хлопает глазами, которые от удивления кажутся больше.

– Просто подыграй, – произношу только губами, но она вроде бы понимает меня.

Я демонстративно долго раскладываю приборы у девочек на столе и расставляю тарелки, чтобы мисс Кобра обратила на меня внимание. А когда обращает, с довольным видом отхожу на пару метров к Лизе и громко рассказываю:

– Так глупо вышло с этим интервью!

Не смотрю в угол, но будто слышу оттуда механический звук настраиваемых на частоту сплетен ушей.

– Ага, – поддакивает ничего не понимающая Лиза.

– Меня заболтали, я вообще не поняла половины вопросов. Наговорила ерунды про Даню… Ну, ты понимаешь, о чем я.

– Коне-ечно, да.

Лиза играет ужасно, но, кажется, никого это особенно не волнует. Боковым зрением вижу, что все три подружки застыли в ожидании.

– Я про… секс, – тише, но не то чтобы сильно, добавляю я, а змейки уже подползают ближе, будто завороженные моим голосом. – Откуда мне вообще знать, как он? Если у нас с ним… ну… ничего не было.

– Да-а-а? – Черт, Лизе бы выдохнуть, она максимально напряжена, когда не в теме.

– Ага, он классный. И такой понимающий. Твой брат согласился подождать, представь? Да хоть до свадьбы! – Я так заливисто смеюсь, что самой тошно. – Пока не буду готова. А для меня это важно! Я в этих вопросах очень старомодна. Повезло мне с ним. О, а тебе сделать чай?

Когда я перескакиваю на другую тему, разочарование испытывают все. Разве что не стонут в голос. Там не только Лиза с девочками заслушались меня, там уже и парочка уши развесила: видимо, мой рассказ – это лучшая часть их свидания.

– Давай, – говорит Лиза, – чай. Как раз к приезду Дани допью.

Она подливает масла в огонь, а я смотрю на часы:

– Полтора часа до закрытия.

А если до последнего клиента, то еще дольше: змеи всегда отъедаются перед барами, где привыкли потягивать только воду, ожидая, что коктейлями их угостят.

– Ну, он как раз к ближе к девяти и подъедет. Мы же хотели закупиться расходниками, так что вместе заедем в магазин.

Вообще-то Лиза хотела. Не я. Я жду, когда на маркетплейсах снизится цена на ходовые цвета гуаши. Ну, может, еще когда появится скидка на пачку бумаги. В прошлом месяце мне повезло, а в этом… В этом, по идее, нужно закупаться еще и на следующий семестр, там добавляется много новых предметов, а у меня нет денег, чтобы даже начать страдать из-за того, как огромен список инструментов и как все дорого. Тем более я все еще не верю, что в новом году останусь учиться в университете.

– Но мы бы и сами могли…

Да тут пешком всего двадцать минут!

– Не могли, – заявляет Лиза.

А я не рассчитывала увидеть ее брата уже сегодня! Впадаю в панику и тут же наклоняю металлический поднос, проверяя свое отражение.

– Он должен мне. Братский долг. Пусть отрабатывает, – говорит она уже увереннее. Сразу оттаивает, когда не нужно играть. – А то загулял с нашим папой, и тот таскает его с собой везде, как карманную собачонку.

Псина, которую собачница прячет в сумке-переноске (не то чтобы у нас пускали с животными, но мы не трогаем ее хозяйку, лишь бы сильно не возмущалась), тут же подает голос и гавкает.

– Думала, он не близок с отцом. – А это уже произношу тише, не для посторонних ушей.

– Да я сама ничего не понимаю, но, видимо, так надо, поэтому не лезу. Дане лучше знать, что он делает. Но они явно мутят что-то вместе. Вопрос только – что?

Мне тоже интересно, но сейчас важно другое: я спешу в уборную, чтобы перевязать хвост и скрыть пудрой жирный блеск на лице. Нужно срочно привести себя в порядок, пока есть время. А потом еще как-то не сойти с ума от нервов до самого закрытия.

И конечно же, я оказываюсь права. Змеиное трио не покидает нас, пока в кофейне не появляется Данил Романов, который заставляет меня испытать чувство чертова дежавю: я снова за стойкой, он снова невозмутим. Все, как было раньше, и совсем по-другому.

Он жует жвачку и почти ленивой походкой направляется ко мне. В очередной раз раздражает тем, насколько естественно и спокойно ведет себя, потому что я вся на иголках и внутри у меня целая буря эмоций. Не могу разграничить их, так как злость тесно сплетается с радостью, а страх – со сладким предвкушением. Слишком много всего.