— Потому что, — он сделал паузу, — иногда самое ценное в алмазе — это его несовершенство. А вы… вы оба — ходячее несовершенство. И это гениально.
Тишина в кофейне стала такой плотной, что Ава услышала, как Джейк сглотнул.
— Полный творческий контроль? — переспросила она, чувствуя подвох.
Брэдшоу улыбнулся, но прежде чем он успел ответить, мужчина в очках неожиданно кашлянул в кулак.
— Простите, — сказал он тихим, но удивительно твёрдым голосом, — но мне кажется, здесь есть недопонимание.
Брэдшоу повернулся к нему с удивлённым выражением лица.
— Грег?
— Вы представляете, кто это? — Грег снял очки и протёр их платком, будто нарочно затягивая момент. — Это те самые ребята, чей демо-трек ходил по студиям ещё месяц назад. Без всякого «слива».
Ава и Джейк переглянулись.
— Вы… слышали нашу музыку?
Грег хмыкнул.
— Слышал. И даже сохранил на жёсткий диск. — Он вдруг повернулся к Брэдшоу. — Марк, ты прав насчёт их потенциала. Но ошибаешься насчёт огранки.
Брэдшоу нахмурился.
— Грег, мы обсуждали…
— Нет, ты обсуждал, — Грег спокойно положил очки на стол. — А я просто напоминаю, что последний раз, когда ты пытался «улучшить» сырой талант, мы получили тот провал с группой «Эхо».
Ава почувствовала, как в груди загорается крошечная искра надежды.
Брэдшоу задумался, потом неожиданно рассмеялся.
— Чёрт возьми, Грег. Ты всегда знаешь, как поставить меня на место.
— Это моя работа, — Грег повернулся к Аве и Джейку. — Вот что я предлагаю: вы подписываете контракт, но я лично контролирую звук. Никаких посторонних текстовиков. Никаких переделок. Только небольшая редактура, чтобы песни зазвучали ещё мощнее.
Джейк медленно кивнул.
— А вы… кто вообще?
Грег улыбнулся впервые за весь разговор.
— Грег Мориарти. Я записывал последний альбом «The Northern Lights». И да, — он добавил, заметив их реакцию, — я ненавижу, когда продюсеры портят хорошую музыку.
Брэдшоу поднял руки в знак капитуляции.
— Ладно, ладно! Грег прав. Я иногда слишком увлекаюсь. — Он вынул из внутреннего кармана визитку и протянул Аве. — Контракт на ваших условиях. Но с одним условием: через месяц у вас будет готовый сингл.
Ава взяла визитку, чувствуя, как дрожат её пальцы.
— И если он не взлетит?
Брэдшоу ухмыльнулся.
— Тогда я признаю, что Грег прав, а я — старый дурак. Но если взлетит…
— Тогда мы все победим, — закончил за него Грег.
Студия "Black Room" оказалась совсем не чёрной — скорее, тёмно-синей, с мягкими звукопоглощающими панелями на стенах и огромной микшерной консолью, которая выглядела как пульт управления космическим кораблём. Ава замерла на пороге, чувствуя, как сердце колотится где-то в районе горла.
— Ну что, — Грег провёл рукой по панели, и половина кнопок загорелась синим, — готовы увидеть, как рождается магия?
Джейк тут же бросился к барабанной установке.
— Боже, это же настоящая Yamaha! Можно?
— Терпение, — Грег усмехнулся. — Сначала вокал. Ава, проходи.
Микрофон Neumann U87 ждал её в вокальной кабине, огромный и внушительный. Когда Ава взяла его в руки, он оказался на удивление тёплым.
— Начнём с "Твоего тихого утра", — сказал Грег через студийные мониторы. — Просто спой, как чувствуешь.
Первые такты знакомой мелодии полились из наушников. Ава закрыла глаза и запела.
И тут случилось неожиданное.
— Стоп.
Грег снял наушники.
— Что-то не так? — Ава почувствовала, как по спине пробежал холодок.
— Всё правильно. Слишком правильно.
Джейк фыркнул:
— Это… плохо?
— Не плохо. Скучно, — Грег встал и вошёл в кабину. — Ты поёшь технично, но где ты сама? Где этот хрип в голосе, который был у тебя на демо?
Ава покраснела:
— Я думала, в студии нужно петь… чисто.
— Вот в этом твоя ошибка. — Грег неожиданно улыбнулся. — Давай ещё раз. И на этот раз — как будто тебе плевать на все правила.
Вторая попытка была другой. Она пела так, будто в студии никого не было — чуть хрипло, с надрывом на высоких нотах. Когда последний аккорд затих, Грег молча поднял большой палец.
— Теперь басы, — сказал он, когда Ава вышла из кабины.
И тут начался конфликт.
Грег склонился над звуковой дорожкой, где Джейк только что записал басовую партию.
— Здесь нужно изменить аранжировку.
— Что именно? — насторожился Джейк.
— Весь второй куплет. Бас должен входить на такт раньше.
Ава резко подняла голову:
— Нет.
Грег медленно повернулся к ней:
— Объясни.
— Это… — она сжала кулаки, — это сердце песни. Там пауза не просто так — она как задержка дыхания.
— В живом выступлении — да. Но на записи это звучит как дыра.
— Тогда, может, это и должна быть дыра! — Ава встала.
Джейк осторожно потянул её за рукав:
— Ава, это же Грег Мориарти…
— И что? — она вырвала руку. — Это наша музыка.
Тишина.
Грег смотрел на неё странным взглядом — не злым, скорее… заинтересованным.
— Хорошо, — наконец сказал он. — Давай сделаем по-твоему. Но потом послушаем оба варианта.
Когда сравнили две версии, даже Джейк вынужден был признать: оригинальная аранжировка звучала мощнее.
— Чёрт, — пробормотал он. — Ты была права.
Грег кивнул:
— Упрямство — не всегда недостаток. — Он бросил взгляд на Аву. — Особенно когда за ним стоит интуиция.
Ава почувствовала, как тепло разливается по груди.