Спой мне колыбельную полностью

— Тебе нравится мой вкус? — В его голосе проскальзывает серьезная нотка, которой не было прежде.

Я останавливаюсь и дотрагиваюсь до порозовевшего пятна на его шее.

— Да.

— Я немного соленый.

— В чем причина?

Он тянет меня к себе.

— Не останавливайся, Бет. Я не хочу, чтобы ты останавливалась.

Я на мгновение задерживаю взгляд. Мы оба дрожим. Я медленно наклоняю голову и касаюсь губами его шеи. Веду ими по его коже. Мне нравится, какой он на вкус. Соленый, сладкий, загадочный парень. Я касаюсь его скул, подбородка и уха.

Хочу быть первой, кто скажет лицом к лицу: «Я тебя люблю».

Он поднимает меня и усаживает на столешницу. Я обхватываю его ногами.

— Ты сошла с ума, Бет. Ты не должна меня любить.

— Это не то, что я ожидала услышать.

— Я люблю тебя. Тысячу раз люблю, но ты не должна любить меня. Люби Скотта.

Чувствую, словно меня ударили. Я отпускаю его, сползаю со столешницы, отворачиваюсь и прячусь в своих волосах.

— Ты приехал за тем, чтобы сказать мне об этом? — Мои глаза горят. — Вот с чем ты хотел разобраться? Ты меня бросаешь?

— Нет, ты не понимаешь. Нет. Я хочу, чтобы ты бросила меня. Ты можешь быть с ним счастлива. А я…

— То, что я хочу. Ты сделал это со мной. Заставил меня чувствовать. От меня теперь не отвяжешься.

— Ты уверена?

— Я думала, у тебя есть план. Я надеялась на что-то более существенное, чем мотоцикл.

— Как насчет того, чтобы вместе убежать в какую-нибудь берлогу?

— И это твой план?

— План А.

— Давай. Вперед. Сразу же, как моя мама ляжет спать. У меня есть около пяти тысяч, отложенных на колледж. Как далеко мы сможем на них уехать?

— Можем отправиться в Новую Шотландию и будем ловить там рыбу. Заведем много детей, а затем научим их торговать.

Внутри меня все обрывается, когда он заговаривает о детях, и я прикладываю руку к животу.

— О, Бет. Прости. Я забыл. Я не это имел в виду.

— Я такое Чудовище.

Он подводит меня к столу и сажает в кресло. Мое лицо лежит на столе. Он присаживается рядом и гладит меня по голове.

— Это не так. Это я Чудовище. Но у меня действительно есть план. Я пока работаю над деталями, но скоро все будет готово. Точнее узнаю в пятницу.

— Может, мы должны обсудить? Зачем ты все планируешь?

— Обсудим это в пятницу, когда я вернусь. Тебе понравится.

Я сижу. Он достает чашку из буфета и заваривает мне ромашковый чай. Я смотрю, как он убирает кухню, вытирает раковину и стойку, а затем подметает пол. Он приносит мне чай. Я пробую и добавляю больше меда.

— У меня есть план. — Он сметает мусор в совок и оборачивается ко мне. — Почему бы тебе не переехать в берлогу навсегда? Ты сможешь навещать своих родителей по праздникам и выходным.

Он садится напротив и сплетает свои пальцы с моими, чтобы я не тарабанила ими по столу. Он дарит мне усмешку.

— Если я это сделаю, милой девушкой ты уже не будешь.

— О, я уже готова ею не быть, — фыркаю я. — Меня отправили к врачу из-за этого теста. Они хотели меня стерилизовать, но я согласилась на пачку презервативов.

— Бет, не…

— Мне нужно с кем-то поговорить. Пожалуйста. Я схожу с ума. С мамой поговорить не могу. Это напоминает ей об отце и том, как было больно. Она чувствует себя виноватой, потому что должна была лучше знать и выбрать парня с лучшими генами.

Он гладит меня по щеке свободной рукой.

— Тогда ты не была бы собой.

— Я никогда не думала об этом под таким углом. — Я смотрю на него. — Я должна встретиться с консультантом через пару недель. У меня уйдет пара месяцев на лечение у доктора.

Он хмурится и смотрит вниз, на стол.

— Врачи могут быть идиотами. Но не все они такие. Думаю, тебе нужен другой. Тот, который тебя больше устроит. — Он смотрит на меня. — Тот, кому ты будешь доверять. Ты не хочешь какого-нибудь шарлатана, дающего ложные надежды, но тебе и не нужен тот, кто станет тебя запугивать.

— Ты прав. — Я киваю головой. — Я больше не пойду к этому доктору.

— Но тебе нужно найти консультанта. — Он сжимает мою руку. — Какого-нибудь хорошего.

— Откуда ты так много знаешь? — Я делаю глоток чая.

— Я всегда был окружен докторами, даже хотел стать одним из них до того…

— Как начал писать музыку.

Он смотрит на меня в темном окне, где отражаемся мы оба.

— Я действительно хотел быть ученым. Парнем, который умеет лечить.

— Сделай это, Дерек. Вылечи меня.

Его глаза возвращаются к моим.

— Не сдавайся, Бет. Они работают над совершенно невероятными вещами. Особенно генетики. У тебя будет столько детей, сколько пожелаешь.

В его голосе плещется надежда. И в этот момент я вспоминаю того доктора.

— Он сказал мне, что я должна говорить о своем состоянии каждому, — как он их там назвал? — ах, да, каждому потенциальному партнеру.

Дерек играет с моей рукой, позволяя мне разглагольствовать.

— И все они должны быть обследованы. Словно я пытаюсь переспать с целой футбольной командой. Хорошо, что дело не в сексе. Если ты когда-нибудь перестанешь меня уважать, тебе нужно будет взять мазок с внутренней стороны щеки.

Он молчит.

— Прости, я вывел тебя из себя.

Он встает, обходит мое кресло и прислоняется к моим ногам. Он держит меня, словно я собираюсь развалиться на части.