Я приехала в Осаку в одиночку, но потом мне всегда кто-то помогал. Я могла поделиться печалями со многими людьми. И думаю, именно потому я нахожусь сейчас здесь. Теплое общение с теми, кто нас окружает, при сохранении умеренной дистанции очень важно. Но все мы люди со своими чувствами и бедами — например, я сейчас так загружена работой, что, как вы понимаете, этот баланс иногда нарушается. Бывает, что я слишком надеюсь на кого-то или слишком строга к себе, и от этого я устаю.
Я думаю, что и моим пациентам сложно добиться баланса в жизни, поэтому они приходят ко мне поговорить. Договориться с сердцем, добиться гармонии с самим собой сложно. Поэтому один из моих жизненных девизов: «Хорошо бы свет нашей жизни смог разогнать хотя бы маленькую часть тьмы». Можно не добиться успеха, не сделать карьеру, но, если бы в той среде, где ты находишься, один уголок стал светлее от твоих усилий, было бы очень хорошо. Вот так мне кажется. Я думаю: разве не достаточно, чтобы на работе, в семье, людям, которые рядом, ты мог послать хотя бы немного теплого света?
Конечно, я не говорю, мол, пожалуйста, живите все так. Я лишь имею в виду, что в моей жизни это не было неразумно.
Важно посмотреть на себя и честно ответить на вопрос: «Кто я такой?»
Можно жить, на очень раннем этапе решив: «Вот что я хотел бы сделать!» Можно жить, говоря себе: «Великие таланты созревают поздно», и ждать, когда проклюнутся почки. Можно жить, будучи в глазах людей посредственностью. В каждой жизни есть свои особенности.
У меня не было ни большой цели, ни сверхспособностей, я не жила в роскоши. Но сейчас, в свои восемьдесят девять лет, я ни о чем не жалею. Хочу поработать еще, пока не стану обузой. Но ноги в последнее время не очень ходят, поэтому думаю: может, буду уже сокращать нагрузку. Сын с женой говорят: «Резко бросать работу плохо для здоровья, поэтому надо уходить постепенно». Вот так я и планирую сделать. Это мой образ жизни, и я думаю, что в нем нет начальников и подчиненных. И это здорово.
Оба моих сына нашли хороших жен, живут семьями, воспитывают внуков здоровыми и веселыми. А мне остается только, когда придет мой час, бесстрашно отправиться в иной мир. Вот так.
Люди по натуре довольно эгоистичны, поэтому у них есть разные предрассудки. Они любят поучать, говоря: «Надо жить так» или «Нельзя так делать». Считают успешными только тех, кто зарабатывает много денег, рассуждают о том, сколько стоит осуществить мечту… Но если вам кажется, будто что-то здесь не так, то, может быть, стоит поверить этому чувству?
Доволен человек или нет, решает не кто-то другой. И нет закона, что нужно жить так, как другие. Пожалуйста, найдите в себе силы сказать: «Это моя жизнь». Понимаете, в конечном счете все мы можем жить только
Когда вы устанете от жизни, в которой постоянно на кого-то оглядываетесь, обязательно вспомните об этом, пожалуйста!
Спасибо, что вы прочли эту книгу! Я, Окуда Хироми, все восемнадцать лет с того момента, когда встретилась с Цунэко-сенсеем, хотела о ней написать, но не решалась. Когда мы встретились после некоторого перерыва, я узнала, что сенсей, отметив 88-летие, собирается понемногу сокращать нагрузку на работе. Она сказала мне: «Я начинаю готовиться к тому, чтобы легко и спокойно встретить смерть. Убираю в доме, чтобы не было беспорядка… А когда все закончу, останется только ждать в тишине, пока за мной не придут из иного мира».
И вот тогда мои желание и решимость слились в одно целое — и я поняла: напишу!
Все издательства, в которые я обращалась, отвечали отказом, и я уже подумала, что не увижу свет в конце тоннеля. Но знакомство с Ёсимото-сан и ее коллегами из издательства «Субаруся» все изменило. И теперь я очень счастлива.
Когда я приступила к книге, сенсей принесла мне в качестве материала набранную на нескольких листочках А4 историю своей жизни. Тогда она как раз начала заниматься на компьютерных курсах, поэтому напечатала все сама. В ее бесхитростном рассказе меня особенно растрогал один абзац:
«Сейчас, когда я оглядываюсь на прошлое, самое счастливое мое воспоминание — из времени учебы в последнем классе начальной школы: яркие россыпи цветов на лотосовых полях. И я, лежащая среди этих цветов».
Цветы лотоса, невероятные поля острова, рядом с которым расстилается красивейшее внутреннее японское море Сэтонайкай. Эти цветы, в которых играла, на которых лежала Цунэко-сенсей, почему-то ассоциируются у меня именно с ней. Нежные бутоны, красновато-розовые и лиловые, качающиеся на ветру. Они кажутся тонкими и слабыми, но на самом деле корень лотоса глубоко в земле, стебель наклоняется в любых направлениях и может стелиться. Лотос не боится холодов и живет своей жизнью.
