– Мама! – позвала Герти.
Она застыла на месте с круглыми глазами и показывала куда-то пальцем.
– Что такое, дорогая? – Роза нагнулась, посмотрела, куда показывает Герти, и заулыбалась.
– Ослик! – взволнованно прошептала Герти. – Смотри, ослик.
– О да, – поймав взгляд Розы и подмигнув, сказала Табита. – У того, кто живет здесь, очень важная работа. Нужно кормить ослика. Это входит в условия договора.
Сам амбар был очень компактным. Жилое помещение с маленькой кухней с самодельными шкафчиками, холодильником и стиральной машиной. Две спальни и элегантная душевая. Белые стены, дубовые полы и несколько стенных шкафов для хранения вещей.
Ком в горле мешал Розе говорить. Она очень хотела получить это жилье. Пройдет время, прежде чем ее бизнес встанет на ноги и будет приносить доход, особенно если она будет учиться в колледже, но у нее были деньги, которые ей оставила прабабушка. Роза их берегла на покупку машины, но подумала, что в данное время обойдется без нее. У нее есть велосипед, который нетрудно привезти из Эйвонминстера. До школы Герти можно дойти пешком, а до колледжа ходит автобус.
У нее хватит денег на полгода аренды. А там видно будет. Роза уже представляла, что назовет этот дом своим, и здесь она наконец сможет быть собой.
– Что я должна сделать? – спросила Роза у Табиты. – Есть другие претенденты? Нужны рекомендации? Или выписка со счета?
Табита посмотрела на нее с недоумением:
– Ты правнучка Кэтрин Николсон. Этого достаточно. Что касается меня, он твой, если хочешь. Только не забудь условие договора об ослике. Иначе выставлю тебя за порог.
Роза с Герти пошли по длинной подъездной дорожке назад к дороге, ведущей в Рашбрук. Вокруг них порхали стрекозы, давшие название ферме, словно служили им эскортом. Роза достала из кармана телефон и уставилась на экран. Она была в приподнятом настроении от своих достижений. Место в школе для Герти, место в колледже для себя, новый дом… Первая фаза Новой Розы построена, и, на удивление, она не испытывала никакой тревоги, чего так опасалась. Наоборот, с каждой выполненной задачей из своего списка Роза становилась сильнее и увереннее. Это Рашбрук помог улечься ее страхам? «Три лебедя»? Или просто время?
Или мысль о том, что ее ждет Аарон? Это он ее вдохновил? Ей вдруг захотелось рассказать ему, чего она достигла за такое короткое время. Она хотела услышать его голос. Дотронуться до него.
Первая фаза завершена! —
написала она в сообщении, помедлила секунду и продолжила:
Обед в пабе в воскресенье?
Роза не могла дождаться ответа. Они дошли до каменного мостика через реку по пути в деревню и остановились посмотреть на журчащую воду. Телефон в кармане звякнул дважды, сигнализируя, что пришло сообщение. Роза достала телефон, у нее пересохло во рту. Аарон мог передумать и не будет ждать. И что тогда? Она вдруг поняла, как он важен для нее. Последний фрагмент мозаики.
Буду, —
написал он и прикрепил строчку эмодзи: сердечки и розы, а в конце нож и вилка.
В ясном летнем небе весело и беззаботно порхала пара ласточек, и Роза улыбнулась.
Мозаика собрана.
Аманда стояла перед домом номер пять в Керслейк-Кресент. Будто не было всех этих лет… Если прикрыть глаза, можно представить вместо пластиковых окон старые стальные фирмы «Криттал», красную деревянную дверь с облезающей краской, дорожку с сумасшедшим мощением и некошеную траву. Аманда вспомнила, как натягивала металлические роликовые коньки, выходила на дорогу перед домом и часами носилась туда и обратно, неловкая и неумелая. Она вспомнила музыку, гремящую из окна наверху: «Hey Jude», «Sunshine of Your Love» и «Lily the Pink» – от этой песни все покатывались со смеху. В этом доме было нелегко жить: стригущий лишай, холодный заварной крем с корочкой сверху, лед на окнах внутри и поношенная одежда, доставшаяся от старших. Мало обнимашек, но не сказать, что не было любви. Просто, когда матери вдруг не стало, они не знали, что с этим делать. Они выживали как могли, скрывали свое горе и боролись за внимание отца, которого на всех не хватало.
Вистерия-хаус был убежищем, а Кэтрин Николсон, без сомнения, ее спасительницей. Аманда была бесконечно благодарна ей за помощь и поддержку и знала: ей сказочно повезло с карьерой как с творческой, так и с финансовой точки зрения. А теперь еще одна мечта осуществилась: она встретила мужчину, которому доверяла и которого любила.
Пора возвращать долги. Во время викторины Аманда заметила в Николь какую-то надломленность, почувствовала в ней усталость и настороженность. Аманда видела, как та обрадовалась, когда выиграла дополнительный раунд, будто на миг вновь обрела самоуважение.
Она постучалась, гадая, видела ли ее Николь и станет ли притворяться, будто никого нет дома. Но, к удивлению Аманды, дверь открылась. Николь выглядела старше, чем в тот вечер на викторине. На ней был мешковатый черный свитер и джинсы. Волосы убраны назад. Она выглядела измученной и обеспокоенной.
– Здравствуйте… – произнесла Николь таким тоном, словно ждала неприятностей.
