— Если только на бумаге, то почему бы и нет? — Обхватив себя руками, не спускала глаз с Георгия. — Врачу можно заплатить, зато тебе не придется работать на Леонида.
— Марин, я не понимаю, в чем проблема? Что ты так завелась? Не ты же собираешься работать с Леонидом, а я. Что ты так распереживалась?
— Так через тебя он и до меня доберется.
— Мариночка, — подойдя, Жора едва ощутимо коснулся моей щеки. — А с чего ты взяла, что он вообще еще тебя помнит? У него за это время, возможно, не один десяток подружек поменялось.
— Значит я особенная. Жор, он узнал меня по голосу. Он только из-за меня заключил с тобой договор.
— Марина, я востребованный специалист и меня наняли, только благодаря моим профессиональным качествам. Успокойся, ты тут совершенно не при чем.
— Я сразу же успокоюсь, как только узнаю, что тебя с Леонидом ничего не связывает. Жора услышь меня. Тебе придется выбирать между мной и работой.
Мне нелегко было это говорить, да и истерики я никогда прежде не устраивала, а сейчас, чувствуя, как на мне затягивается невидимая петля, я готова была рвать и метать, бить посуду, орать, только вот похоже, что толку от этого мало. Жора не слышал меня, не понимал или не хотел понимать.
Счастье хрупкая вещь и сейчас оно балансировало между столом и полом. У нас с Жорой все было замечательно. Почему, почему, даже сменив один огромный город на другой, в котором так легко затеряться, нас судьба опять сталкивает? Зачем? Для чего? Для того чтобы я стала сильнее? А если я хочу быть слабой? Слабой и беззащитной женщиной, я же по натуре не боец.
— Марин, — интонация и вымученный извиняющийся взгляд, сказали мне обо всем лучше любых слов. Каюсь, у меня крышу сорвало, и я ничего не могла с собой поделать.
— Ты обещал, — выкрикнула. — Ты мечтал разобраться с теми уродами. А как настало время в кусты? Хороший из тебя защитник, нечего сказать. Только на словах храбрый, и готовый ради меня сразиться со всем миром. А на деле трус, — Глаза застилала ненависть, ненависть ко всему и ко всем. В данный конкретный момент, я ненавидела Георгия, потому что он обманул, потому что предал.
— Марина прекрати, — Жора попытался притянуть меня к себе, но я вывернулась угрем. — Марина перестань кричать.
— А я еще и не начинала, — зашипела, готовая в любую секунду, накинутся на него дикой кошкой.
— Мать меня предупреждала, что ты истеричная дура, только я вот не верил.
— Вот и катись к своей матери, — Запустила в него подушкой, потому что ничего другого под руку не подвернулось.
— Успокаивайся. Вечером поговорим.
Жора ушел, оставив меня в давящей на уши тишине. Опустившись на кровать, почувствовала, как по щекам побежали слезы, с ними выходило напряжение и давящая на сердце боль.
Мой мир, мой созданный уютный уголок, рушился, грозя меня погрести под развалинами.
В последний раз, когда я общалась с Леонидом, из-за того в каком состоянии я тогда находилась, мне было на него плевать. Я оставалась равнодушной, глядя на него. А теперь во мне клокотала ярость и ненависть. Ведь у меня вся жизнь могла сложиться по-другому.
Я должна была, во что бы-то ни стало предотвратить нашу с Леонидом встречу, потому что у меня возник соблазн, воткнуть в эту тварь что-нибудь остренькое, только вот не мне решать, кто достоин ходить по земле, а кто нет, и сидеть из-за него в тюрьме тоже не хотелось.
Жорка, Жорка. Почему ты меня не услышал? Почему отреагировал именно так, а не по-другому? Работ же много, а я одна. Можно было бы сесть, подумать и решение обязательно бы нашлось. Но он не захотел. И что теперь делать мне? Зная Леонида, его связи и возможности, житья он мне не даст и кровушки попьет.
Утерев слезы, завалилась на кровать и уставилась в потолок.
Зачем я Леониду? Надумал отомстить, за то, что я от него сбежала? Месть блюдо холодное и его всегда подают остывшим. Или здесь что-то другое? Может азарт? Хочет вернуть сбежавшую игрушку? Или они с Борисом снова на меня поспорили? А ведь они опять последовательно появились в моей жизни, вначале один, а теперь вот другой.
Играть ни по чьим правилам я не желала. Сев на кровати, стала обдумывать детали. Решение было принято. Бежать и прятаться. В очередной раз ломать себе жизнь, я не собиралась, а я ее обязательно сломаю, если останусь.
К маме идти нельзя, сразу вычислят. В Московскую квартиру тоже, к тому же я туда жильцов пустила, не выгонять же их. Остается съемное жилье и лучше в пригороде.
— Отлично, — произнесла вслух, вставая с кровати.
В этот раз я не торопилась, аккуратно складывая в чемодан вещи и обстоятельно готовясь к очередному побегу. Жорка в лучшем случае придет к ночи, а то и вовсе у матери ночевать останется, так что можно было особо не торопиться.
Найдя через интернет за умеренную плату, небольшую комнатку, оставила в коридоре на тумбочке ключи, решив, что так будет лучше, поставив очередную точку, вышла и захлопнула за собой дверь.
