— А это точно? Может ты ошибаешься?
— Нет, мам это действительно тот самый Леонид, он здесь один из своих филиалов открывает.
— Мариночка, — мама сжала мою руку, не то меня, пытаясь успокоить не то себя. — Скорее всего, это простое совпадение.
— Не исключаю такую возможность, но мам, когда я предложила Жорке отказаться от предложения Леонида, он на меня накричал. Мам он впервые повысил на меня голос.
— Сорвался Жорик, с кем не бывает. Пойми его и прости, — мама стала поглаживать мою руку. — У него на одной чаше весов ты, а на другой престижная, перспективная работа, с помощью которой он собирался кормить свою семью. Мариночка, он же для тебя старается.
— Да я понимаю. Только вот думала, он выберет меня, а не работу. Мам я не смогу жить с Жорой, если он будет работать на Леонида. Кстати, Леонид меня по голосу сразу же узнал. Я более чем уверенна, что он только из-за меня предложил Жорке работу. Мамочка, он второй раз появляется в моей жизни, и второй раз ставит все с ног на голову.
— Мариночка, у тебя пока еще ничего не перевернулась и дай Бог, ничего не перевернется. Ты всего лишь сбилась с верного пути, сейчас найдешь свою дорогу, и все у тебя будет замечательно.
— Может быть, может быть, — покивала головой своим мыслям. Чтобы не произошло, у меня теперь действительно все будет хорошо, и я как в прошлый раз не сломаюсь, потому что теперь я не имею на это права.
— Мариночка, а что с Борисом?
— А с Борисом у меня страсть. Безудержная, безрассудная, всепоглощающая страсть. Вижу его и голову теряю. Понимаю, что так нельзя, и что надо держать себя в руках, да только не могу с собой ничего поделать. Мам, Борис болезнь, и от этой болезни я не могу излечиться.
— Бедная, моя девочка, — мама сочувственно покачала головой. — Мариночка, а как Борис к тебе относится? Что говорит?
— Утверждал, что искал меня все эти годы. Говорит, что любит. Предлагал уйти от Георгия и остаться с ним, а еще он хочет семью и детей. Наших с ним детей.
— Ну а ты?
— Мам, я ему не верю. Хочу верить и не могу. Когда он рядом у меня мозги отключаются и мной управляют гормоны. Мам я с ума схожу рядом с Борисом, поэтому и на работу больше не пошла. Предпочла сбежать и спрятаться, — тяжело вздохнув, откинула подушку и уткнулась матери в плечо. Она обняла меня и прижала к себе.
— Ты знаешь, я на твоем месте, скорее всего тоже бы так поступила. С глаз долой из сердца вон. Время лечит. Забудешь и одного и второго. А если кто-то в сердце останется, попробуешь выстроить с ним отношения. За две недели-то ни по кому не соскучилась?
— Ой, мама, мама.
— Ладно уж говори, по кому сердечко страдает, по кому плачет и сохнет? — Мама похлопала меня по плечу, подбадривая. Похоже, настало время рассказать ей главную новость. В принципе, я только из-за этого к ней и приехала. — Мариночка, что притихла?
— Мам, я беременна. — Сообщила, отлепляясь от ее плеча и наблюдая как глаза матери расширяются.
— Кто отец? — задала она ожидаемый вопрос.
— Не знаю. Те два дня, когда могла залететь, я была с ними обоими.
— А до этого? Может быть Георгий?
— Исключено. Сначала было рано, да и мы предохранялись, а потом у нас с Жоркой пять дней ничего не было. То он приболел, то я себя неважно чувствовала. Так что новая жизнь во мне зародилась либо в четверг, либо в пятницу. Был самый пик, а я ни с одним, ни с другим не предохранялась.
— Ты хотела забеременеть?
— Мам, забеременеть я хотела уже давно. А в тот раз просто так получилось. Звезды так сошлись, — поднявшись, стала ходить по комнате. — Я не ожидала, что моим новым начальником окажется именно Борис и уж тем более не думала, что мы с ним переспим. А потом, Жорка сказал, что согласен на ребенка. Мама, он мой, — Остановившись, обняла живот. — Я никому его не отдам.
— Успокойся, я не собираюсь его у тебя отнимать. Понянькаться-то дашь?
— Конечно. — Присев рядом с матерью, обняла ее.
— Что будешь делать, если кто-нибудь из твоих ухажеров объявится?
— Не знаю. Борису можно сказать, что я беременна и что не знаю от кого. А как сказать Жорке о том, что подавшись страсти, у меня снесло голову, и я ему изменила, и теперь не знаю, от кого у меня будет ребенок? Страшно представить, как он на это отреагирует.
— Марин. Любящий мужчина простит и примет тебя даже с чужим ребенком.
— Предлагаешь позвонить обоим и сообщить радостную новость?
— Как вариант…
— Мам, если никто из них не придет, я это пойму. Если заявится кто-то один, тоже неплохо, поможет в воспитании и согреет постель. Мам, а если они оба сюда пожалуют, мне их что двоих до рождения ребенка при себе держать? Скажу, ждите, кто из вас окажется отцом, с тем и останусь. Только это тоже не вариант.
— Да, умеешь ты, доченька задачки задавать.
— Мам, они же к тебе приходили?
— Да и каждый не единожды, я ж тебе уже рассказывала. Один раз даже друг за дружкой ко мне пожаловали. Как только в дверях не столкнулись? Оба настойчиво просили позвонить, сразу же, как только ты появишься.
— Мамочка, не звони, — встрепенулась.
— И не собиралась. Что я враг, что ли своей единственной кровиночке?
