— Как скажешь Мариночка, потом поиграем, — губы Бориса сомкнулись на клиторе. Несколько нежных движений и вот я уже чувствую язык, который точно знает, где пройти тихонечко, дразня и возбуждая, хотя куда уж больше, где надавить, заставляя тело выгибаться ему навстречу, а потом он коснулся самой чувствительной точки и словно взбесился.
— А-а-а, — никогда не любила кричать, а тут не сдержалась, и с губ сорвался тихий приглушенный стон.
— Мариночка, зачем ты себя сдерживаешь? — лежа с закрытыми глазами, приходила в себя после оргазма, чувствуя как от паха к голове и к кончикам пальцев на ногах струиться тепло, как расслабляются натянутые до этого мышцы.
— Если бы я себя сдерживала, никакого бы стона ты не услышал.
— Согласен, — его язык продолжал лизать клитор, только теперь он делал это медленно и неспешно. — В следующий раз, хотя бы попробуй покричать в голос.
— Не боишься соседи услышат?
— А пусть слушают и завидуют.
Пальцы Бориса, вцепились в бедра, удерживая меня на месте, а его язык с новой силой стал теребить клитор, заставляя расслабленное тело вновь напрячься и выгибаться под его воздействием.
Сжав внутренние мышцы, приподняла бедра, язык Бориса мучил одну единственную точку, и я уже чувствовала приближение нового оргазма.
"Вот сейчас, вот-вот, еще немножко".
Тело замерло в предвкушении, и язык Бориса тоже замер, после чего стал двигаться медленно-медленно, лаская и успокаивая.
— Борис, — распахнув глаза, уставилась в потолок. — Борис.
— Сейчас моя хорошенькая, сейчас. — Его язык снова начал безумный танец, доводя до исступления и опять в самый последний момент остановился.
— Признайся, ты смерти моей хочешь? — Я тяжело дышала, неудовлетворенность изводила, сконцентрированная внизу живота энергия, требовала выхода.
— Мариночка…
— Чего ты добиваешься?
— Хочу, чтобы удовольствие у тебя было максимальным, — приподняв голову, встретилась с Борисом глазами.
— Помнишь, чем в прошлый раз это закончилось? — Он помнил, я это видела. — В прошлый раз оргазм был потрясающий, но мне не понравилось то, что я от переизбытка чувств потеряла сознание.
— Марин прости, — голова Бориса склонилась между моими коленями, и я почувствовала его язык на внутренних губках. — Я исправлюсь.
Язык в очередной раз принялся мучать клитор. После первого же движения, моя голова упала на подушку, глаза закрылись, а тело напряглось, остро реагируя на каждое движение, на каждое прикосновение.
— Еще, — выдохнула. — Еще, — уже громче. Я не могла допустить, чтобы Борис остановился. — Еще. Еще, — кричала, только бы он не остановился. Энергия в паху закручивалась на манер сжатой пружины и готова была вырваться из меня. — Да, — мой крик отразился от стен квартиры. — Да. Да. Да, — Тело все еще выгибалось, но напряжение уже уходило, уступая место расслабленности.
— Мариночка, — губы Бориса порхали по внутренней стороне бедер. — Твои стоны и крики самая лучшая музыка для моих ушей. Я готов их всю жизнь слушать. — Мариночка, сладенькая моя. — Губы переместились в паховую область и стали подниматься выше до тех пор, пока не достигли соска.
Круговое движение, и губы втягивают сосок, а потом начинают посасывать его. На смену губам пришел язык, а другого соска коснулись пальцы Бориса, которые в точности повторяли движения языка.
— Борис, — приподняв веки, устремила на мужчину затуманенный взгляд. — Зачем ты опять меня возбуждаешь.
— Потому что я тебя хочу.
Борис встал на колени, демонстрируя мне свое желание. Длинный, налитый кровью член, был готов к боевым действиям. Повинуясь порыву, ухватила его, а потом, приподнявшись, лизнула.
— Марина, не надо, — прохрипел Борис, но с места не сдвинулся. А раз так… Кончик языка очертил головку и пробежался по твердому стволу до основания, а потом змейкой вернулся обратно.
— Как тебе больше нравится? — Несколько раз лизнула член так, как слизывают мороженное, от основания к головке. — Или так? — Теперь я уже втянула его в себя, при этом помимо губ работая еще и языком.
— Мариночка, — тяжело выдохнул Борис, отрывая мою голову от себя. — Не надо. — А у самого в глазах такой огонь полыхает.
— Почему? — извернувшись, лизнула член и услышала, как судорожно Борис втянул в себя воздух.
— Мариночка, — общаться на эту тему он явно не хотел.
— Не скажешь, хуже будет. — Нагнувшись, стала сосать член, раз за разом ускоряясь.
— Марина прекрати, — пальцы Бориса ухватили мою голову, он хотел меня оттолкнуть, а вместо этого стал притягивать к себе, помогая двигаться и задавая темп.
Выпустив изо рта член, провела по нему языком и подула. Интересно, а как долго выдержит Борис, если я, так же как и он, буду доводить его до грани, а переступить черту не дам? На сколько его хватит?
— Мариночка, я по твоим глазкам вижу, что ты что-то задумала.
— Может, даже скажешь что именно?
— Ты хочешь, чтобы я кричал так же, как и ты.
— А у тебя получится? — улыбнувшись, пробежалась пальчиками по члену, после чего стала его вылизывать, чередуя с втягиванием в рот.
— Марина, — взвыл Борис после второго раза, когда я остановилась, не доведя его до оргазма. — Я больше так не могу.
