Сидела я в первом ряду ни жива, ни мертва. Там, сзади, среди своих делегатов, немного легче было. Все-таки свои. Сидела, ждала, пока назовут мою фамилию, ощущала сзади себя дыхание огромного зала и чувствовала себя совсем маленькой и беспомощной.
На трибуну поднялась буквально не чуя под собой ног. Начала говорить, а губы не слушаются. Пересохли, как земля в засуху. Отпила глоток воды, посмотрела в зал. Увидела доброжелательные, ободряющие, внимательные глаза и вдруг неожиданно успокоилась и сказала все, что хотела сказать. Закончила свою речь тем, что есть у меня мечта поработать на новом комбайне.
Не ожидала я, что мои слова столько аплодисментов вызовут. А в перерыве ко мне подходили знакомые и незнакомые люди, поздравляли с хорошим выступлением.
Анна Чеботарь из Молдавии вихрем налетела на меня:
— Ой, Эльминочка, как хорошо ты выступила, — обняла и в обе щеки расцеловала.
Поздравил меня, сказал теплые слова и первый секретарь ЦК КПЗ товарищ И. Кэбин.
27 ноября я высказала пожелание о том, что хотела бы поработать на новом комбайне, а 6 марта получила письмо от главного конструктора Красноярского комбайнового завода товарища В. Гаврилова. В конверте, кроме письма, лежали снимки нового комбайна «Сибиряк-СКД».
На фотографии машина выглядела прекрасной. Большая, стройная, со стеклянной кабиной. Неужели я буду на ней работать?
Понимала, что трудно будет привыкнуть к новой машине. Прежний комбайн, хоть и старый, я как близкого друга знала. Каждый винтик не один раз руками перебирала.
Хоть и жалко было с ним расставаться, но сердце тянулось к новому. Тем более что в своем письме товарищ Гаврилов предлагал мне не просто работать, а быть как бы испытателем новой машины. Он писал, что, прежде чем машина пойдет в серийное производство, она должна пройти практические испытания на настоящих полях, в реальных условиях. Он просил меня сообщить, согласна ли я принять участие в испытаниях. Если да, то смогу ли сообщать на завод о всех недостатках машины и ее достоинствах.
Как всегда, прежде чем ответить и принять решение, я посоветовалась с Алексом.
— Конечно, соглашайся, — сказал он после того, как прочитал письмо и рассмотрел фотографию.
— А ты мне поможешь? — спросила я, хотя понимала, что этот вопрос можно было и не задавать. Я всегда могу рассчитывать на помощь мужа.
Комбайн прибыл в конце лета, как раз к началу уборочной. Вместе с ним приехали и представители завода. Со сборкой машины хлопот было много. Все торопились. Хотелось начать уборку на новом комбайне. А как известно, чем больше торопишься, тем хуже получается. Мы с Алексом помогали, как могли, заводчанам, но помощь от нас была пока слабая. Машина-то совсем новая, многие узлы и детали неизвестные.
Но тем не менее мы успели собрать комбайн, и я наконец вывела его в поле.
В закрытой со всех сторон кабине я чувствовала себя очень уютно. Теперь мне не страшен ни дождь, ни холод, и от пыли я защищена. Обидно только, что в этом году урожай не выдался.
Новый комбайн заинтересовал механизаторов республики. Дня не было, чтобы кто-нибудь не приехал посмотреть. Особенно я была рада учителям из Хельмеской школы, где я училась, а также инженерам из районного отделения «Сельхозтехники». Мне понятен был их интерес. Ведь в нашем районе пока эта машина новая, а вот будет ли их больше, подойдут ли они для наших каменистых полей, определять мне. Поэтому я не просто показывала специалистам новую машину, а вместе с ними проверяла ее на пригодность.
Пока была сухая погода, комбайн работал прекрасно, лучшего и желать нельзя. Но как только мы переехали на поля засоренные, да еще и дождем намоченные, тут все и застопорилось. Зеленая масса забивалась в обе деки, соломотряс короткий, и поэтому много зерна уносилось вместе с соломой. Были и другие неполадки. Вышла очень быстро из строя муфта сцепления, у мотора сломался вал коромысла. Оказалось, что и жатка новой конструкции для наших условий не подходит. У нее режущий аппарат устроен с наклоном к земле, поэтому он на жатку все камни и пни втаскивал.
Обо всем этом я написала Гаврилову. Очень скоро пришел ответ:
«Ваше письмо своей объективностью нам понравилось. Подробно составьте перечень по всем требуемым деталям.
Я выполнила его просьбу, очень обстоятельно перечислила все недостатки. Написала и о том, что мы сами установили щиты, чтобы солома не наматывалась на нижний вал плавающего транспортера.
Со всеми моими замечаниями и предложениями конструкторы согласились и даже просили выслать эскиз чертежей нашего приспособления. Все письмо заводчан приводить здесь не интересно, но тем не менее хочется показать, с каким вниманием отнеслись они ко всем предложениям:
«…Выгрузное устройство предстоит доработать. Вам мы дошлем серийный выгрузной шнек…
Ваше предложение по установке на нижнем решете планки просим подробнее описать и приложить схему или эскиз…
