И вновь их взгляды встретились, но Бетти ничего не ответила; она понимала, что кроется за его словами: он, может быть, и калека, но по-прежнему считает себя мужчиной. Да так и было в действительности. Как и в случае с ней, внутри это был совсем другой человек.
– Прекрати спорить, Бетти. Ты подъедешь с шиком.
– Но, Джо, ведь тут всего миля по дороге, и потом я не знаю, сколько времени пробуду там.
– Даже если ты пробудешь там до утра, Дэвид подождет тебя.
– Смешно. Ладно бы еще было сыро, да притом я люблю пешие прогулки. Ты же знаешь. А что, если я не вернусь до пяти? Как ты будешь возвращаться домой без машины?
– Это моя забота. Сделай для разнообразия так, как тебе говорят.
– Потеха, да и только.
– Да, потеха. – Джо посмотрел на нее через обеденный стол и тихо проговорил: – Ты всегда в чьем-либо распоряжении; у тебя нет для себя ни минуты времени.
– Откуда ты знаешь? Тебя весь день здесь не бывает.
– У меня есть агенты.
– В этом я не сомневаюсь.
– Но они благосклонные агенты.
– И в этом я не сомневаюсь.
Они улыбнулись друг другу, и он тихо сказал:
– Я очень рад, Бетти, что ты с нами; Элен так изменилась после твоего приезда. Как она говорила, и притом справедливо, здесь никто не говорит с ней на ее языке. Ты должна остаться, пока не родится ребенок.
– Если она этого хочет.
– Конечно хочет! Мы все хотим, особенно сам. Ты попала в десятку там, наверху, не сомневайся.
– Хватит! – Она взмахнула перед ним своей большой рукой. – Если тебя послушать, мне полагается повышение.
– У тебя есть основания так считать.
– Ерунда! В любом случае, что касается автомобиля…
– Хватит об автомобиле. Он будет у дверей без пяти минут три, и Дэвид доставит тебя минута в минуту.
– Как насчет того, чтобы приобрести для него форму?
– Хорошая идея. Я не думал об этом, но это мысль. – Он встал, посмотрел на часы, сравнил их показания с показаниями массивных часов, стоящих посредине мраморной полки камина, чуточку подвел стрелки и сказал: – Мне нужно идти. Счастливо, Бетти.
– Счастливо, Джо, и спасибо за машину!
У двери он повернулся и усмехнулся, глядя на нее; затем, закинув повыше голову, сказал:
– Пусть знают наших!
Она встала из-за стола и подошла к окну столовой, выходившему в конец подъездной аллеи, и стояла там минут пять, пока не увидела, как Джо сходит по ступенькам. Она смотрела, как он внизу замешкался и взглянул на небо, затем опустил полу своей шляпы пониже на глаза и поднял воротник пальто, после чего вошел в машину и взялся за руль. Бетти стояла у окна, пока машина не исчезла из поля зрения в конце подъездной дороги, затем повернулась и медленно закусила губу.
Ровно в три Дэвид остановил «роллс-ройс» у подножия широкой каменной лестницы, которая вела через каменный балкон к главному входу необычной формы, в виде круглого купола. Когда он открывал дверь машины, Бетти заметила огонек в его глазах.
Дэвид помог ей выйти и пошел впереди нее по лестнице, потянул железную ручку, прикрепленную к стене, подождал, когда откроется дверь, после чего слегка поклонился и спустился по ступенькам к машине.
На лакее не было ливреи, и он был одет в черный костюм с белым воротником и галстуком, которые ни в коей мере не могли скрыть его положения, так как, слегка наклонив набок голову и голосом с явно высокомерной ноткой, он спросил:
– Мисс Хьюз-Бэртон?
– Да.
– Вас ждут. Пройдите, пожалуйста, сюда.
– Благодарю вас. – Были произнесены всего два слова, но их интонация привела лакея в более уравновешенное положение.
Бетти уже шла за ним по небольшому холлу, пол которого был покрыт кафелем и напоминал мясную лавку; затем они вошли в центральный холл. Здесь стены были от пола до потолка облицованы темным деревом и, как будто это производило недостаточно гнетущее впечатление, с панельной обшивки в каждой части комнаты, не имевшей окон, дверей и лестницы, торчали головы животных, преимущественно рогатых.
Пол был покрыт персидскими коврами, настолько изношенными, что они морщились под ногами.
Теперь Бетти уже проходила по короткому широкому коридору, в конце которого лакей остановился, дважды легонько постучал в дверь, открыл ее и гордо объявил:
– Мисс Хьюз-Бэртон.
– А, вот и вы. Вот и вы. Входите. Вы знаете, что ваш ответ пришел только сегодня в одиннадцать часов утра? Проходите, садитесь; кажется, вы замерзли. Это худшая часть страны во всем мире. Вам это известно? Расстегните ваше пальто, иначе не оцените его благ, когда выйдете на улицу… Роджер, принесите чай и не скупитесь на пирожные.
