– Но ты желал, чтобы он не рождался. Ты желал, чтобы его не было. Не надо, Джо, не надо, – она подняла руку, – не отрицай это, пожалуйста, поскольку меня саму посещали порой такие мысли, и я желала, чтобы его не было. И я думаю, ты согласишься, что я сталкивалась с ней чаще, чем кто-либо из вас двоих. Видя безнадежность ее положения, я должна была бы полюбить ее. И это ожидалось и от вас, но я не смогла. Я делала для нее все, что было нужно, но когда узнала, что она умерла, то почувствовала лишь одно – облегчение. И если бы ты был до конца откровенен, то сказал бы то же… В то время было не важно, как она умерла; главное, что умерла.
Он пристально смотрел на нее, слегка приоткрыв рот, затем сказал:
– Я… я думал, ты заботилась о ней…
– О Джо. – Бетти медленно повернула к нему голову. – Я чувствовала к ней жалость и сострадание, и я заботилась о ней, но, если ты имеешь в виду любовь, позволь мне спросить тебя: а ты любил ее? Ведь ты был ее отцом.
Джо опять склонил голову, но резко поднял ее, когда Бетти чихнула, он увидел, как она дрожит, и спросил:
– Ты простужена?
Бетти не ответила, а повернулась к камину, размешала огонь кочергой, пока не вспыхнуло пламя, и подбросила несколько поленьев.
Да, она простужена. В ее душе присутствовали лишь холод и усталость. В тот момент она лелеяла голубую мечту – вырваться из этого дома и оказаться в комнате, которая ожидала ее в доме леди Мэри. Здесь она устала от всего и от всех. Каков ее удел в этом доме? Одна лишь работа и разочарование. А теперь когда она будет смотреть на свою сестру, то перед ее глазами будет вставать сцена, как та опускает одну сторону кроватки, опрокидывает матрац и швыряет на пол беспомощного ребенка.
– Ты хочешь сказать, что прощаешь ее? – спросил Джо.
– Принимаю ее сторону, прощаю – назови как хочешь, – Майк кивнул Джо, – если хочешь мое мнение, то это – единственное доброе дело, которое она совершила в своей жизни.
– Ты шутишь?
– Отнюдь нет, мальчик. Это существо, которое она родила, было уродом. Только подумай, оно могло бы жить и по сей день; его тело бы росло, и можешь себе представить, как оно бы выглядело; безмозглое существо, лишенное мозгов. Это ты должен помнить, у него отсутствовал разум. Нет, – Майк неистово качал головой, – ты отнюдь не потряс меня своей новостью. И вот мой совет: не поднимай шума. Если, как ты говоришь, с мальчиком все в порядке, ты должен радоваться.
– Радоваться?! – Голос Джо был мрачен. – Радоваться, что моя жена сделала такое?
Теперь Майк подался вперед в своем кресле и спокойно произнес:
– Ты прекрасно знаешь, что она мне не понравилась с самого начала, как я ее увидел. Когда она вошла в эту дверь, я подумал: «О, Боже! Лишь бы она была не того типа, который околдовал меня». Но, как я тебе уже говорил, она оказалась двойником твоей матери. И это доказано, мальчик, вплоть до самого последнего момента, потому что она походила на нее не только внешностью, но и характером. Только подумай, мальчик, что если бы твоя мать могла поднять ограждение кровати и вышвырнуть на пол того, кого мы знаем, то, о Боже!… Она бы сделала это.
Я не хочу сказать, что поступок Элен заставил меня полюбить ее, это невозможно, но отдаю должное ее смелости. И не забудь, мальчик, когда осуждаешь ее, что она заплатила за свою смелость, так как нервное расстройство имеет к этому отношение. И именно этот поступок вызвал первый приступ. Почему она вновь свихнулась, когда ты принес в детскую маленькую Элизабет, – известно одному Богу. Но думаю, что, когда ты в таком состоянии, достаточно любого расстройства, чтобы случился рецидив. Как бы то ни было, но это произошло. Мой совет – пусть все остается так, как было все эти годы. Любой иной курс приведет к разводу, а это для меня – грязное слово. И к тому же у тебя против нее ничего нет, чтобы дать этому ход.
– Я бы не стал говорить это с такой уверенностью.
Теперь Майк, глядя на Джо, прищурил глаза и спокойно сказал:
– Не стал бы?
– Нет. Неужели ты полагаешь, что ее регулярные вояжи в Лондон осуществляются лишь ради покупок и пребывания у дяди? Она бы ни за что не оставалась у этого старика, если бы это не соответствовало ее цели, и я знаю, какова эта цель.
– Слушаю тебя?
– Более двух лет тому назад Маркус видел ее в ресторане с мужчиной…
– Не очень много для начала.
– Минутку. Он был там в течение недели на конференции, я имею в виду Маркуса. Когда он столкнулся с ними в третий раз, он подошел, и ей пришлось представить своего спутника. Маркус, возможно, и не придал бы этому особого значения, если бы она не сказала, что этот человек – ее старый друг и что они встретились лишь в тот день.
Майк сделал глубокий вздох и произнес:
– Друзья всегда готовы помочь, это уж точно!
