Через пять минут она снова трясла его, и, когда ей удалось поставить его на ноги, она закинула его руку себе на плечи и, удерживая ее одной рукой, другой обвила его талию. Бетти тащила Джо на себе, постоянно что-то говоря ему, чтобы он не заснул, и они оба приковыляли к воротам, откуда было сравнительно легко дойти по подъездной аллее к дому.
Прежде чем постучать во входную дверь, она закричала во весь голос: «Мэри! Мэри!» Бетти не делала попытки схватиться за звонок, так как понимала, что, как только она отпустит его, он рухнет на землю, и у нее не хватит сил вновь его поднять.
– О Боже Всемогущий! Что случилось? Что случилось? – Теперь по другую сторону от него встала Мэри. Но ее поддержка была больше моральной, чем практической, и, когда женщины втащили Джо в холл, Бетти произнесла, задыхаясь:
– В гостиную.
Подбежав на дрожащих ногах к двустворчатым дверям, Мэри открыла их настежь, затем бросилась к кушетке и пододвинула ее к камину.
Когда Джо, освободившись от хватки Бетти, медленно соскользнул безжизненной массой на кушетку, она рухнула на колени на разостланный перед камином коврик, затем откинулась на спину и лежала в таком положении, тяжело дыша; а когда до нее дошел взволнованный голос Мэри, воскликнувшей: «О, Боже мой, мисс!» – она подняла руку и пробормотала:
– Все нормально, Мэри. Полежу минутку.
За минутой последовала другая, прежде чем она смогла кое-как привстать на колени; затем она взглянула на Джо, распластавшегося на кушетке, и на Мэри, подкладывавшую ему под голову подушку. Она заглушила поток вопросов, исходящих от старушки, медленно проговорив:
– Минутку, Мэри, минутку, мы… мы должны раздеть его, и принеси несколько грелок. А я позвоню доктору. Сомневаюсь, что все так просто обойдется. Но… но прежде я, пожалуй, зайду к самому.
Чтобы преодолеть оба лестничных пролета ей понадобилась уйма времени, и Майк, услышав, что она идет, встретил женщину на площадке.
– О Боже! Что стряслось с тобой… и с ним? – спросил Ремингтон-старший.
– Все в порядке, он в гостиной. – Бетти выставила руку и оперлась о стену лестничной площадки, а когда он спросил:
– Он сильно повредился? – Она ухмыльнулась.
– Что с тобой, девочка? Я спрашиваю: что с ним?
– Я… я слышу, Майк, что вы спрашиваете. Кости целы. Возможно, сотрясение, но… но главное – он пьян.
– Набрался? Так, что ли?
На мгновение воцарилось молчание, прежде чем старик проговорил:
– Кретин! – Затем он повернулся к комнате, но снова оглянулся на Бетти и зло усмехнулся.
– Если в этом дело, сходи и дай ему опохмелиться.
– Нет, нет; он… он нуждается в присмотре, я должна идти.
Когда Бетти пошла к лестнице, старик снова повернулся к ней и спросил:
– Ты притащила его сюда одна?
Она уже прошла половину пути вниз, когда ответила:
– Нам не удалось встретить Рождественского деда с его санями.
В иной ситуации он бы рассмеялся, да и она тоже, но тон, которым было сделано это замечание, не располагал к веселью.
В холле она связалась по телефону с доктором Пирсом, и, когда объяснила, что произошло, он сказал:
– Я сомневаюсь, что смогу проехать к вам; скорее уверен, что не смогу. Сейчас у них задача расчистить хотя бы основные магистрали. Вы говорите, он ничего себе не сломал?
– Не похоже.
– У него было сонное состояние?
– Да.
– Видимо, у него сотрясение; но раз он сам шел от машины, то не думаю, что что-нибудь серьезное.
Услышав это, Бетти втянула голову в плечи и крепко закрыла глаза.
– Вы слушаете?
И, получив ее ответ, доктор продолжал:
– Главное, чтобы он находился в тепле, давайте ему побольше пить, например, слабого чая; никакого спиртного, и, если состояние не улучшится к завтрашнему утру, я постараюсь до вас добраться. В любом случае позвоните мне.
– Спасибо, доктор. – Она опустила трубку, но некоторое время продолжала стоять, положив на нее руку и согнувшись.
Только что она была вся в поту, теперь ее знобило. Она дрожала. Ранее Бетти решила, что ей необходимо выбраться из этих сапог и поменять чулки, а потом заняться Джо. Теперь же, когда она поняла, что у него нет никаких ран, она уже не беспокоилась о нем и чувствовала лишь раздражение; ведь если бы он не был так пьян, этого бы не случилось. Хорошо также, что Элен не было дома, а Мартин по-прежнему находился в гостях.
Джо проснулся лишь около четырех часов утра. Он открыл глаза и почувствовал, что затемненный свет комнаты пронзал его мозг, как кончик рапиры. Когда он положил руку на голову, она болела так, как будто по ней бил барабан с духовым оркестром, а тело ныло с головы до ног. О, какая это была боль! Где он? Что произошло? Несколькими минутами спустя он, прищурившись, мучительным усилием изогнул в сторону шею. Гостиная. Что он делает в гостиной? И что это за фигура, свернувшаяся в кресле? Он заморгал глазами. Бетти. А что делает здесь Бетти? Что произошло? Он вновь закрыл глаза. Он отвозил Мартина на сеанс к доктору Леви. Да, да. О! Да. Да.
