И Сессор хотел бы перевести дух и расслабиться, но его взгляд зацепился об амулет на шее Тарне. Он присмотрелся к связке амулетов на Миодаре, и с холодком обнаружил совпадающий с амулетом Тарне среди них. Но самые мурашки у него пробесились по коже от осознания, что эти амулеты идентичны тем, что были у него и Элизабет.
Теперь сомнений в том, что Мариэль привел его сюда, у него не оставалось. Сомнения заклубились в отношении его настоящих намерений...
Ужин после удачного отражения атаки орков был похож на пир. Сессор всё мялся, подбирая момент спросить, что за штука с совпадающими амулетами, но момент всё не попадался.
Жители из спасенной деревни чуть ли не автографы спрашивали у Сессора и Шеши. Благодарили обоих, вкуснейше кормили, предлагали жениться на лучших невестах, но единственное, на что согласился Сессор - это обучение их магов.
Но этому не суждено было произойти.
Примерно к ночи в дом местного совета, где отмечали победу воины Отряда вместе с жителями, ворвался мальчишка, спрашивая, живы ли Тарне, Миодар, и Сессор. Ему все запросто ответили, что, вобщем-то, несомненно да, и мальчик скорее побежал прочь, и тут Сессора будто кто укусил. Он вскочил с места, забыв про все вопросы, без слов рванул вслед за пацаном.
Выбежав на улицу, он устремился за тенью мальчика, посыльного, как он уже догадался, и через пару поворотов, там, где дорога сменялась тропинкой и уходила в лес, он увидел белый силуэт. Это был Мариэль.
Сессор перешёл на шаг, будучи не уверенным, что ему рады.
- Мари! Почему ты не пришел сам?
Но когда провидец развернулся к нему лицом, Сессор испугался. Его приятель был молочнее луны и волосы его колыхались неестественными волнами на ветру. Но самым жутким было то, что его глаза не косили.
- Мне нужно спешить. Возвращайся, Сессор. И...я был бы очень благодарен, если ты не поедешь за мной сейчас.
С этими словами Мариэль достал свиток телепортации, судя по цвету - в Зик Эрильнерн и начал его разворачивать. Начал, и вдруг предугадал движение Сессора в точности, уклоняясь, и, развернул свиток уже где-то в метре от мага, оставшегося стоять в ночи весеннего юга и ночи собственных страхов и домыслов.
Зик Эрильнерн ранней весной был душист от первых цветущих деревьев, наряжен в дымку испарений снегов, и солнце мешало новопоступившим ученикам сосредоточиться на своих первых уроках.
Этой весной, помимо всего прочего, Зик Эрильнерн был также в предвкушении и волнении. По окончанию цветения деревьев амнилганы, следовало короновать избранника народа и преемника власти. Адэнф не зря готовился десять лет к этому дню. Новый король должен быть любимым мужем своему народу, а не случайным незнакомцем на одну ночь.
Но в эту весну что-то пошло слегка не так.
Элизабет Трель Зимы сидела за вышивкой кружева с самых пяти утра. Она устала, она забыла поужинать и не особенно была настроена завтракать, и игла едва попадала в пяльцы. Но в конце концов в один прекрасный миг она всё же захочет спать настолько, что будет моргать по минуте, и только тогда она разрешит себе провалиться в сон без сновидений.
Потому что в последнюю неделю от сновидений было только хуже. Не сказать, чтобы это были кошмары. Она не просыпалась с криками, в поту или что-нибудь такое. Она не видела во снах чью-нибудь смерть или какие-либо жестокости.
Она видела Сессора. Просто так. Странные, полусладкие полусухие моменты несостоявшегося романа. Проигранный гордости и предубеждениям конфетно-букетный непрожитый период её жизни. То будто он показывает ей какие-то фокусы с огнём. То сидит и просто уплетает её шарлотку. Иногда как будто бы они на балу, и ничего такого не происходит, они даже не танцуют, но у Элизабет точное ощущение плеча рядом. Плеча родного по духу, задиристого и симпатичного парня, которого, может быть, нет на самом деле.
Иногда, конечно, снилось всякое кислое терпкое. Как она стоит у алтаря и принимает поздравления, не понимая, кто её новоиспечённый муж, и высматривает Сессора в толпе, надеясь, что он где-то там, просто за роднёй не видно. Или за цветами. Или может быть он просто её муж? Но она никак не может повернуться к жениху, всё время что-то или кто-то отвлекает.
После таких ночей, Элизабет долго не могла прийти в себя, пытаясь разнять горечь реальности и приторность снов. Как-то абстрагироваться, занять себя по максимуму. Совершенно не помогало то, что она была по какой-то причине, - ибо не её, мол, дело! - под домашним арестом. Отец только сказал, что это официальный домашний арест, а не арест от имени главы семьи Трель Зимы, и что ведётся следствие. И что-то про то, что помолвка с Руфу под вопросом.
Лизи пыталась не приплясывать от этой последней новости, но среди остальных новостей, эта была самая приятная.
Сессор и Шеши пропали.
Письмо, которое она передала через Мариэля, видимо, всё же не дошло, потому что то письмо, которое она получила от Сессора, было по темам никак не связано с тем, что она писала ему, и вообще он писал так, будто и не думал, что переписка между ними уместна.
