Над Швейцарией занимался новый день. Поезд бежал под светлеющим, молочно-белым небом. В окне перед Каттани мелькали луга, рощи, горные селения. Все было такое чистенькое и в таком порядке, что казалось ненастоящим. Он подумал: все-таки интересно, почему швейцарцы с таким неукоснительным уважением относятся к природе? Кто вложил это в душу народа? Возможно, Кальвин…
Около половины десятого поезд начал сбавлять ход. И наконец, резко дернувшись, остановился.
Мужской голос объявил по радио:
– Хорген.
Светлоголовая Эллис стащила свой чемодан со ступенек вагона. Опустила его на колесики на землю и с тревогой оглянулась вокруг.
Из толпы спешащих к выходу пассажиров вынырнул маленький Сорби и побежал навстречу девушке.
– Дорогая, – приветствовал он ее. – Ты у меня молодец!
– Ах, милый, я так волновалась, – ответила со вздохом Эллис. Она откинула головку и поправила волосы. – Наконец-то мы в безопасности. – Лицо у нее засветилось радостью одержанной победы. Но лишь всего на какое-то мгновение. И тотчас счастливое выражение сменилось на ее личике гримасой отчаяния: перед ними вдруг вырос Каттани и произнес:
– Доктор Сорби, я тоже рад, что вас отыскал.
Девушка, словно ища защиты, бросилась в объятия банкира.
– Боже мой, какая же я дура! Как я могла не заметить, что за мной следят. Прости меня, мой дорогой.
– Ну, ничего. Успокойся, – Сорби похлопал своей короткой ручкой ее по спине. – Послушаем, что нужно от нас комиссару.
– Не будем же мы с вами говорить об этом на перроне? – сказал Каттани.
Все трое отправились в квартиру на пятом этаже добротного дома.
– Вот мое убежище, – сказал Сорби. – А теперь объясните, что вам нужно.
Каттани подошел к окну и выглянул на улицу. Вдали блестело озеро. Он прищурился, чтобы лучше разглядеть прохожих. Его настороженное поведение еще больше усиливало беспокойство банкира.
Комиссар обернулся и оказался лицом к лицу с Сорби. Тот с тревогой ждал разговора.
– Вы находитесь в бегах, – произнес Каттани. – Вас ищет итальянская полиция. Но это еще не так страшно. Однако за вами также охотятся некоторые ваши старые друзья. И это вас пугает куда больше, не так ли? Что вы скажете, если я сейчас позвоню в Рим и сообщу, где вы прячетесь?
Банкир был в полной растерянности. Он с трудом проглотил слюну и опустился в кресло.
– Чего вы хотите? – пробормотал он. – Денег?
– Господи, у всех вас один припев! – с презрением выкрикнул Каттани. – Денег, денег! Да если бы я согласился взять все деньги, что мне предлагали, то был бы уже миллиардером! – Сорби смотрел на него с изумлением и страхом. – Нет! Мне не нужно денег. Мне нужен ключ для расшифровки списка членов Ассоциации.
Девушка присела на подлокотник кресла. Сорби взял ее за руку, и, казалось, ему сразу полегчало.
– На кого вы работаете?
– В данный момент я работаю исключительно на себя. И на тех, кого уже больше нет.
Сорби привык за свою жизнь мгновенно оценивать чрезвычайные ситуации. Бывали случаи, когда сделки надо было заключать немедленно, иначе они срывались. В этих молниеносных маневрах он не знал себе равных. Он сметал противников, неизменно опережая их во времени. Как в шахматной партии. Мозг его был натренирован, сразу принимать решения. Поэтому, услышав требование Каттани, он не колебался.
– Ладно, согласен, – сказал он. – Я вам отдам ключ. Он обошелся мне в два миллиона долларов, но вы берете меня за горло, и у меня нет выбора. Однако при одном условии. Вы должны предоставить мне время – сорок восемь часов, чтобы я мог найти себе более надежное убежище.
Каттани кивнул.
– Даю вам слово.
– Хорошо, – отозвался Сорби.
Он вновь обрел самоуверенность. Открыл свой «дипломат», на первый взгляд совершенно пустой. Похлопал по дну ладонью. Один уголок приподнялся, бан-. кир засунул в щелку два пальца и извлек тот крошечный предмет, за которым столь многие охотились.
– Вот он. – Теперь казалось, что Сорби все это даже забавляет. – Пойдемте в ту комнату, мой кабинет, – сказал банкир.
Он вложил дискету в компьютер. Вставил новый рулончик бумаги в печатающее устройство. Нажал пальцами несколько букв на клавиатуре, и принтер затрещал, поглощая бумагу.
Посередине листа появился заголовок: «Список членов Ассоциации». Пишущая головка лихорадочно сновала взад-вперед, печатая нескончаемый список фамилий. Рядом с каждой из них была проставлена какая-то цифра или буква алфавита.
Это были люди Лаудео. Внедренные повсюду. В воображении Каттани их имена начали принимать форму множества скользких щупальцев. Все вместе они образовали огромного, чудовищного спрута.
Стук печатающего устройства заглушил резкий телефонный звонок.
– Подойди, пожалуйста, – сказал девушке Сорби.
– Алло, алло… – ответила Эллис. – Повесили трубку!
Каттани оторвал взгляд от компьютера. Поглядел на банкира и, нахмурившись, спросил:
– Вы ждали звонка?
– Нет.
– Кто-нибудь знает, что вы здесь?
Сорби минутку подумал.
– Только мой шофер.
– Мы немедленно должны отсюда уйти, – поспешно сказал комиссар. – Идемте, нельзя терять ни минуты.
Девушка, чуть не плача, стала торопить Сорби:
– Ох, дорогой, скорее бежим. Ну, скорее, пожалуйста.
