Наряду с водочными заводами Кромского и К0, большое значение в жизни беженцев играло бесчисленное количество комиссионных магазинов на улице Пера. Обыкновенно компания беженцев человека в 3–4, в прошлом адвокаты, купцы, врачи, чиновники, помещики, а иногда и Офицеры складывали капитал 100–200 турецких лир и открывали комиссионный магазин. О клиентуре говорить не приходится. Вся беженская масса — вечные клиенты, продавцы своих вещей. Вся союзная армия и моряки с военных судов союзников — вечные покупатели. Все барахло беженского багажа, вывезенного из России, начиная от бриллиантов, золота, старинных картин и вещей старинного русского искусства — все сносилось сюда и продавалось за бесценок. Порой можно было видеть в этих магазинах такие вещи, о которых, вероятно, редко кто слышал. Все это становилось достоянием, главным образом, иностранцев, покупавших ту или иную вещь, как «память о русской революции» для подарка кому-либо из близких.
Родоначальником всех русских комиссионных магазинов можно считать первую «выставку и распродажу вещей русских беженцев» в залах посольства, называвшуюся «Exposition be Russe». Эта выставка была открыта в апреле 1920 г. группой беженцев. Официально цель была весьма благая. Во-первых, познакомить иностранцев с богатствами русского беженства и, во-вторых, продать эти вещи по наиболее выгодной цене помимо спекулянтов, греков и турок.
Помещение было предоставлено за какой-то ничтожный процент от чистой прибыли в пользу Красного Креста.
Успех этой выставки-распродажи был колоссальный. Весь большой голубой зал посольства был битком набит вещами беженцев. Бриллианты, драгоценные камни, золото, серебро, картины знаменитых художников, ковры, — все это предстало перед глазами иностранцев и поражало их богатством и количеством. Оки все спрашивали, как могли беженцы привести все с собой и тем более в момент гражданской войны и столь поспешного бегства.
В первые дни выставки посетителями исключительно была знать и верхи союзного командования, турки и греки: послы, секретари их, адмиралы, командующие, директора банков, знатные турки, греки и др. Каждый обязательно что-нибудь покупал. В первый же день выручка достигла до 8 тысяч турецких лир. За все время существования выставки-распродажи, месяц или полтора, было продано вещей на сумму свыше чем на двести тысяч турецких лир. Считая, что вещи продавались по самой минимальной расценке, в 5—10 раз дешевле их действительной стоимости, можно судить, какое огромнейшее богатство было вывезено из России. А ведь это только через Константинополь и первыми беженцами…
Почин, говорят, дороже денег, — и в короткое время на улице Пера один за другим начали расти комиссионные магазины. Для всех был «товар», все бойко торговали и наживались. Наживались, конечно, не на законном комиссионном проценте, а на покупке и перепродаже беженских вещей. Расчет всех владельцев комиссионных магазинов строился исключительно на острой нужде беженцев.
С отъездом Врангеля в Крым и назначением его главнокомандующим, — вся крымская заграничная русская пресса сразу же выявила резко боевой фронт. Все официальные, «собственных корреспондентов» телеграммы были полны сообщений о реорганизации армии и переломе ее настроения. По их сведениям, воцарялся невиданный до сих пор образцовый порядок. Прибывшие из Крыма говорили то же самое и имя Врангеля было синонимом героя и спасителя отечества.