От пристального внимания хотелось убежать, но я продолжала стоять на месте.
– Мне всегда было интересно, насколько вы, люди, сможете существовать в нашем государстве? Сможете ли перенять наш образ жизни? И я вижу, что это не невозможно. Некоторые захотят сами, других можно купить, третьих запугать… Но если хотя бы часть из вас ляжет под троллей, то это будет означать, что можно пролить меньше крови.
Я вздрогнула. Неужели он все-таки решил захватить Миравингию? Только этого не хватало.
– Миравингия потеряла своего короля. Я мог бы занять трон по праву монарха, возвращающего свои земли, предложив вашим дворянам ясность и устойчивость их положения, освободив от распрей и грызни между собой.
От его холодных слов у меня по спине побежали мурашки. Король улыбнулся. Если что-то и можно было прочесть в чертах его лица, так только то, что ему было совершенно безразличны распри между людьми.
Нет. Все-таки я ошиблась, когда сравнивала его с Бальтазаром Тоссой. Его величество обладал честолюбием куда большим. Он не просто хотел быть королем троллей, он хотел быть властителем всех…
– Смотри-ка, а Йотун все-таки выиграл… – радостно сказал король.
Люк и Йотун отдали мечи оруженосцам и подошли к нам.
– Прекрасный бой, советник. А победа еще лучше. Пойдемте вперед, я хочу сказать вам пару слов. А вашу яло эманта доверим Тени.
Люк тяжело дышал после поединка, волосы липли ко лбу, Йотун, который выглядел примерно так же, бросил на меня настороженный взгляд и чуть нахмурился, но не стал спорить с королем.
Мы с Люком остались стоять, наблюдая, как его величество с Йотуном неторопливо пересекли тренировочную площадку, тогда мы двинулись по галерее.
Я почувствовала, что должна что-то сказать полукровке, как-то его подбодрить, но слова не шли. Один неосторожный намек мог ранить его не хуже меча.
– Можем говорить свободно, – Люк первым нарушил молчание.
– Хорошо, – прозвучало довольно скованно.
– Ты подумала над моим предложением?
Он решил не терять времени попусту.
Я чуть склонила голову набок и уже была готова ответить резким отказом, но потом…
– Да, – ответила я. – Подумала.
– И… каков же будет твой ответ.
– Я сомневаюсь.
Люк усмехнулся.
– Сомневаешься? То есть ты хочешь остаться игрушкой Йотуна? Что ж, это тоже вариант.
– Меня тревожит зелье. Я боюсь, что… все это подействует не так, как должно. Проще говоря… – я почувствовала, как сердце бьется где-то в горле. – Меня бы успокоила демонстрация…
– О чем ты, Мальта? – он даже остановился, такой неожиданностью стали для него мои слова.
Я понимала, насколько дерзко это прозвучало. Уже одно то, что я решилась ставить какие-то условия, повергло его в шок.
– Ты понимаешь, что предлагаешь? Дать кому-то зелье, чтобы он был на грани смерти, а потом ожил?
Но я решила идти до конца, и, сжав ладони, я сказала:
– «Ожить» – это только одна половина дела. А вот насколько хороша будет сама смерть?
Глаза Люка блеснули.
– Что ты имеешь в виду?
– Среди троллей есть сильные маги. Удастся ли… м-м-м… одурачить их?
Тень молчал, а я продолжала:
– Будет обидно испытать мертвенный холод, почувствовать дыхание смерти, а потом открыть глаза и обнаружить… что мое положение просто ухудшилось.
Люк думал.
– Это невозможно.
– Ты когда-нибудь делал это раньше? – строго спросила я.
– Нет… Но я уверен.
– Репетиция. Вот о чем я говорю.
Я дышала через раз, ожидая его ответ.
– Но тогда надо найти кого-то, кто согласится.
– Того, кто готов на все, чтобы исчезнуть, – сказала я, очень пристально глядя на Люка.
Он провел рукой по лбу.
– Даже если бы такой человек был…
– Тролль, – поправила я. – А точнее, тролльчанка.
На его лице отразилась вспышка понимания.
– А. – коротко сказал он. – Могу я спросить, почему тебя так заботит ее судьба?
Я не ответила.
Тень помолчал.
– Возможно… имеет смысл провести испытания. Но я не уверен, что Тисса согласится. Ее жизнь не так уж и плоха.
– Да, не слишком, если не называть это жизнью, – ядовито заметила я. – Думаю, что она самый что ни на есть подходящий кандидат. Ее положение совершенно невыносимо. Она просто не может исчезнуть, а смерть, как ты сам понимаешь, весьма уважительная причина, чтобы сбросить «покровительство» мага.
Я очень старалась, чтобы мое лицо оставалось бесстрастным. Опускать вуаль было поздно, поэтому я надеялась, что не выдам свои истинные мысли неосторожным взглядом.
Но, кажется, Люк пришел к неожиданному выводу.
– А тебе нельзя отказать в коварстве, Мальта.
Последнее, что входило в мои намерения, так это коварство.
– Я просто не хочу слишком рисковать, – мои губы произнесли эти слова как будто помимо меня.
– Не думай, что я не справлялся о судьбе этой наложницы.
– Уверена, так и было.
Люк коснулся переносицы.
– В твоем предложении есть здравое зерно. Я подумаю об этом.
– Ее положение безнадежно. Нам лучше поторопиться… она может не дожить до… смерти.
Люк чуть качнул головой в знак согласия.
