Старик угрюмо поглядел на партизан и пригласил их в комнату. Вынув зажигалку, он хотел зажечь лампу.
— Не нужно зажигать, на дворе уже светло.
Павелло пожал плечами и спрятал зажигалку в карман. С угрюмым безразличием он уставился в пол. Несколько минут длилось неловкое молчание. Потом Янушек сказал:
— Мы партизаны и пришли к вам не случайно. Нам необходимо с вами установить контакт.
— Я с политикой ничего общего не имею и иметь не хочу. К тому же я уже старик, и пора подумать о своей душе.
— Но вы же не любите фашистов — это нам хорошо известно, — убеждал старика Янушек.
— А мне безразлично, какой власти служить. Я доволен всеми, кто дает мне кусок хлеба.
— На дворе уже совсем рассвело, — будто между прочим сказал Янушек.
— Ну, и что из этого? — вызывающе спросил старик.
— А то, что мы отсюда никуда не уйдем!
Павелло насторожился.
— Да, не уйдем до самого вечера!
— Но в этой гостинице бывают немцы, — предостерег Павелло.
— Если вы им не сообщите о нас, то они не будут знать, — сказал Янушек, испытующе посмотрев на старика. — К тому же вы со своей женой никуда не будете выходить, пока мы не уйдем отсюда.
Павелло на минуту задумался, потом сказал:
— Я служащий гостиницы и должен там быть. Если я не приду, они войдут ко мне в дом, и тогда…
— Не беспокойтесь, если будет крайняя необходимость, вы пойдете в гостиницу, а сейчас будете с нами.
Павелло развел руками и пошел в комнату. За ним молча последовали Янушек и Поспелов.
Некоторое время они сидели молча, со злостью посматривая на Павелло. Им хотелось спать, они очень устали за прошлую ночь.
— Нет ли у вас закурить? — встряхнув головой, спросил Янушек.
— Я некурящий, и табак в доме не водится, — буркнул Павелло. — Да вы ложитесь отдыхать.
Партизаны вопросительно посмотрели друг на друга.
— Может, в самом деле вздремнем по очереди? Ложись на диванчик, а я посторожу, — предложил Поспелов.
Русская речь вывела старика из его угрюмого оцепенения, и он с любопытством посмотрел на Поспелова.
— Вы русский?
Не успел Поспелов ответить, как раздался громкий стук в дверь и послышалась немецкая речь. Старик встрепенулся и шагнул к выходу в коридор. Янушек преградил ему дорогу.
— Если вы посмеете нас предать, то дальше того света не уйдете, — угрожающе зашептал он. — И жену вашу не пощадим!
— Спрячьтесь в той комнате, — ткнул Павелло пальцем в сторону закрытой двери. — Быстрее!
Партизаны медлили. Тогда хозяин схватил за руку, Янушека и потащил в указанную им комнату. Поспелов молча последовал за ним. В коридоре уже раздавался веселый возглас Павелло:
— Иду, иду, господа хорошие!
Каморка, в которую втолкнул партизан Павелло, была вся заставлена старой мебелью и разными вещами.
— В музей попали, — шепнул Янушек.
— Точнее, влипли!
Янушек приложил палец к губам и прислушался. На дворе было тихо. В кухне кто-то позвякивал посудой.
— Посматривай в окно, а я узнаю, что там делается, — кивнул Янушек на кухню и направился к хозяйке.
— Где Павелло?
— Пошел в гостиницу определять гостей, — ответила женщина, не отрываясь от своего дела.
— Заприте входную дверь.
— Сейчас, — тихо проговорила она и пошла к двери.
«Возьмет, старая ведьма, да и выскочит на улицу!» — подумал Янушек и пошел вслед за женщиной.
Жена Павелло неторопливо повернула в замке ключ и потянула к себе дверь — она не открывалась. Старуха еще раз повернула ключ, постояла немного, прислушиваясь, и решительным движением задвинула засов. Потом повернулась, сделала несколько шагов от двери и остановилась в раздумье.
Янушек стоял с автоматом на изготовку и внимательно следил за старухой. Та стояла, словно не замечая партизана, погрузившись в свои мысли.
Затем она повернулась к нему спиной и прикрыла вторую входную дверь. И снова глухо стукнул задвинутый засов.
Когда Янушек возвратился в комнату, Вилл Поспелов вертел в руках пачку немецких сигарет.
— Где ты их нашел? — обрадованно спросил Янушек.
— Не спеши радоваться. Старик ведь сказал, что в доме никто не курит.
— Подозрительный тип. Но давай все-таки закурим, — раскрыл пачку Янушек. Чиркнула зажигалка, и ароматный дымок заструился по комнате. Поспелов тоже закурил.
— Неужели Грушпер и Шептак ошиблись? — в раздумье проговорил Янушек. — С этим свиданием мы, кажется, совершили глупость. Ты, Вилл, посматривай в окно, а я поговорю с хозяйкой.
Жена Павелло чистила картофель. Она даже не взглянула в сторону вошедшего.
— Скажите, ваш хозяин курит? — спросил Янушек.
— Нет, он никогда не курил.
— А кто-нибудь другой в вашем доме курит?
— В нашем доме курящих нет.
— Тогда скажите, чьи это сигареты?
Старуха вздрогнула и быстро посмотрела на протянутую Янушеком пачку сигарет.
Послышался громкий стук в дверь.
— Открой, Луиза! — кричал Павелло. — Я к тебе в гости с господином комендантом! И чего ты заперлась? Это я, Штефан!
Павелло так грохотал, что можно было услышать на соседней улице.
— Иду, Штефане, иду! — закричала вдруг во все горло старуха и вдруг шепотом добавила: — Скорее лезьте на чердак и не бойтесь его, он вас не выдаст.
