Собственно, этот список очень показателен – здесь перечислены все основные проступки, типичные для клириков, уступавших требованиям своей подавленной маскулинности.
Причем, по статистике церковных и епископских судов, чаще всего клириков наказывали за блуд и драки (в том числе и с оружием).
Патрисия Каллум, докторант Йоркского университета, приводит несколько интересных и иногда в некотором смысле даже забавных примеров клириков, чьи преступления и проступки можно уверенно охарактеризовать как гендерные срывы, попытку доказать свою мужественность.
В 1287 году на Рождество в Шропшире был убит капеллан Хью де Уэстон. Как показали свидетели, он, будучи сильно пьяным, подошел к группе мужчин, певших возле таверны, и начал с ними ссориться. В частности, он напал на Джона де Керкубуса, якобы за то, что позавидовал его хорошему пению и тому, что Джон нравился женщинам (для которых, по-видимому, компания и распевала свои песни). Свидетели утверждали, что Хью взял меч, напал на Джона, ударил его по голове и ранил в руку. Джон на коленях умолял его о мире, потом пытался убежать, а когда Хью загнал его в угол, Джон, защищаясь, ударил того ножом в грудь и убил.
В этом деле особенно интересны очень точные одинаковые показания свидетелей, сильно смахивающие на сговор, и явная предвзятость присяжных, не пожалевших для убитого капеллана жестких выражений и заметно симпатизирующих его противнику.
Патрисия Каллум видит в этом как очередной гендерный срыв клирика, у которого, видимо, под влиянием алкоголя вылезла наружу подавленная маскулинность и вылилась в агрессию, так и идеологическое противостояние клириков и мирян. по ее мнению, как было на самом деле, уже не определить, ясно только, что в этом происшествии действительно «были задействованы алкоголь, борьба за благосклонность женщин и оружие».
В 1397 году хоровой викарий[84] Томас де Уоттонбыл обвинен в блуде сразу с тремя женщинами, одна из которых от него забеременела. «Само по себе, – пишет Патрисия Каллум, – это говорило бы нам только о второстепенном священнослужителе, неспособном контролировать свои сексуальные аппетиты, что очень характерно для современного антиклерикального дискурса. Однако обвинение продолжало подробно описывать непристойные истории, которые он рассказывал в различных местных тавернах… В одной из них он утверждал, что познал плотски некую женщину (имя не названо) пятнадцать раз за день и следующую ночь. В другом он сообщил, что лишил девственности семь девственниц в городе Рипон (Йоркшир)».
Вряд ли эти истории были правдивы, больше похоже на типичное мужское пьяное хвастовство, но, учитывая чрезмерные масштабы описываемой им сексуальной выносливости, за этим хвастовством заметны глубокие мужские комплексы, по-видимому, вызванные подавляемой в силу профессии маскулинностью.
Второй случай был в 1421 году, когда также два представителя низших клириков, Ричард Киркеби и Уильям Уайвел, были обвинены в том, что в канун праздника святого Иоанна Крестителя бродили по улицам Йорка вооруженные и в шлемах, что непозволительно для лиц духовного звания, которые не должны брать в руки оружие, а также с гирляндами из цветов или зеленых веток на шее. Клирики признали, что ходили посмотреть на костры[85], но отрицали наличие оружия и шлемов и утверждали, что были одеты согласно своему званию, правда, с венками на головах. Они в итоге отделались только замечанием, но Патрисия Каллум считает, что эта выходка клириков имела целью слиться с мирянами и иметь возможность вести себя так же, как другие молодые мужчины. Праздничные процессии с оружием и в доспехах были очень популярны, и, скорее всего, оба клирика как раз в такой и участвовали.
