Разумеется, несчастные случаи все равно бывали, но в основном устроители турниров старались остановить поединки, если видели, что противники вошли в раж и того и гляди дело может закончиться трагично. В тех же случаях, когда поединок велся по боевым правилам, использовали специальное безопасное оружие.
Например, единственный достоверно известный нам турнирный поединок с использованием «полумеча»[41] подробно описан Оливье де ла Маршем – это поединок Жана де Компэ и Антуана де Водре на падарме «Дикарка» (Дам-Соваж) в Генте в 1470 году. Для этого боя обоими латниками использовалось специальное оружие – меч, у которого посредине была вторая гарда, прикрывающая кисть руки, находящуюся в опасной близости от оружия противника (можете посмотреть на миниатюре, это иллюстрация к тому поединку). Для лучшего понимании поясню, что сильный удар по кисти может лишить человека пальцев, даже если на нем латная перчатка, а ладонь у такой перчатки и вовсе прикрыта только кожей или в лучшем случае – кольчужной вставкой.
Несмотря на то что сам поединок был заявлен до 15 ударов/уколов и шел по-джентльменски, он все равно едва не закончился опасным ранением, потому что оба бойца нанесли нужное количество ударов, основательно разодрав друг другу табарды (гербовое одеяние поверх лат), и, поскольку никто не сумел получить преимущество, стали целить в шлем противника. К счастью, лица они друг другу не повредили, а только заклинили забрала шлемов мечами, и герцог Бургундский велел прекратить поединок.
Напоследок замечу, что в XV веке турнир перестал быть прерогативой рыцарства, богатые горожане, всегда стремившиеся подражать нобилитету, активно проводили свои собственные турниры.
Первые из них упоминаются еще в XIII веке, а к Позднему Средневековью, как пишет Кен Мондсшейн, «школы фехтования процветали, рыцарские поединки и гражданские празднества обычно проводились на городских площадях Италии, а в нескольких немецких городах в муниципальном арсенале хранилось рыцарское снаряжение, которое можно было одолжить сыновьям бюргеров».
Здесь, прежде чем закончить эту главу, надо сказать несколько слов об итальянском рыцарстве. Большая часть того, о чем я писала выше, да, впрочем, и то, что писали другие авторы в книгах о рыцарстве, касается в первую очередь Франции, Англии и исчезнувшей сейчас, но когда-то весьма значимой в международной политике Бургундии. В других странах Западной Европы рыцарство тоже существовало, но имело свои особенности.
Где-то отличия от англо-французской концепции были небольшими, а где-то принципиальными.
Кен Мондсшейн пишет, что в Италии рыцарство было более разнородным, чем у ее северных соседей, потому что там были очень тесно слиты родовая аристократия и аристократия денег – многими городами-государствами правили бывшие торговцы. «Это осложнялось вездесущностью успешных наемников, привилегированных бастардов, знати, изгнанной в результате междоусобных конфликтов, случайными великими походами императора и бюргерами, поставленными во главе коммун и наделенными земельными владениями, – пишет он. – Как указывает Уильям Каферро, в конце XIV века термин “сэр” в равной степени мог применяться к английскому наемнику Джону Хоквуду (ок. 1320–1394); Амброджо Висконти (1344–1373), незаконнорожденному сыну правителя Милана; и Франческо Карманьола (1380–1432), сыну пастуха. Политические события, такие как восстание Чомпи в 1378 году, также сопровождались активными посвящениями в рыцари…
Писатель четырнадцатого века Франко Сачетти (ок. 1335–ок. 1400) рассказывает комическую историю о кротком рыцаре, которого избрали в рыцари… и, чтобы он казался более впечатляющим, на его шлеме изобразили голову свирепого медведя. по пути в город, которым он был избран править, он встретил гигантского и воинственного немецкого рыцаря, у которого на груди был такой же герб с изображением медведя. Вместо того чтобы сражаться, итальянский рыцарь с выгодой продал ему свой герб, и они разошлись, оба считая, что выиграли от сделки…
Большая часть рыцарских подвигов в Италии протекала в традиционной форме: пышным зрелищам д’Эсте и Висконти вторил Лоренцо Медичи (1449–1492), а итальянские рыцари, такие как Галеаццо да Мантуя (ум. 1406), участвовали в ратных подвигах с не меньшим удовольствием, чем их северные коллеги. Но в то время как элите коммун нравилось воображать себя рыцарскими воинами, на поле боя правили наемники – как отпрыски благородных домов, так и люди более низкого происхождения».
Выше я писала о том, что дворянство и рыцарство не синонимы, и что не каждый дворянин был рыцарем, и не каждый рыцарь происходил из дворянства, хотя, получив рыцарское звание, таковым становился. Но рыцарство как любая система или структура постоянно развивалось и видоизменялось, подстраиваясь под требования времени. В XIII веке оно в союзе с церковью достигло своего апогея, а дальше начались сложности.
