К примеру, вот что Окшотт пишет о турнире в Смитфилде (неподалеку от Лондона) в 1343 году: “В этом турнире все участники выступали в одеждах римского папы и его кардиналов. Позднее, в 1393 году, хронист Джон де Трокелоу описал турнир, участники которого были одеты монахами. До того времени, до второй половины XIV века, рыцари никогда не появлялись на турнирах в шутовской одежде, хотя идея ‘неизвестного рыцаря’, который прибывал на турнир инкогнито, без герба на щите и с опущенным забралом, так же стара, как и турнир, и предшествовавшие ему ритуальные поединки древних эпох. Эсташ Дешан, французский поэт, сказал приблизительно в 1360 году: ‘Служители любви, взгляните нежно на этих прекрасных ангелов рая и сражайтесь крепко и весело, и вы удостоитесь чести и милости’. После турнира дамы ‘снимали с груди ленты и шелковые гирлянды, увенчивая ими благородных рыцарей за их доблесть’. Но победители могли рассчитывать и на более солидные дары, часто это были мешки с золотом, драгоценные камни или чистокровные лошади. Иногда подарки были просто-напросто странными. Например, на турнире в Раннимеде… жена одного из присутствовавших баронов подарила победителю живого медведя”.
А вот как Клифан рассказывает о турнире, организованном Ричардом II в честь королевы Изабеллы в 1390 году в Лондоне: “Воскресные состязания были провозглашены празднеством зачинщиков. В три часа пополудни красочная процессия двинулась от лондонского Тауэра. Шестьдесят крытых попонами боевых коней с восседающими на них дворянами двигались на дистанции одного фута друг от друга; за ними следовали шестьдесят знатных дам, облаченных в богатые одежды и сидящих на изящных лошадях, двигавшихся тоже гуськом, причем каждую лошадь вел под уздцы рыцарь в полном доспехе, держа ее за серебряную цепь. Процессия в таком порядке проследовала по улицам Лондона от Чипсайда до Смитфилда, сопровождаемая певцами и музыкантами… по прибытии процессии в Смитфилд рыцари сели на своих коней и изготовились к состязанию, которое и началось вскоре”».
Но и турниры меньшего масштаба не отставали от королевских в желании пустить пыль в глаза, и в этом увлеченно участвовали как рыцари, так и дамы: «Существовала разновидность турнира, называвшаяся Espinette[39]. Такой турнир состоялся в Лилле в честь святых мощей, хранившихся в этом городе… Хьюитт приводит выдержку из «Хроники Фландрии» о празднестве, состоявшемся там в 1339 году: «Жеан Бернье отправился на турнир, взяв с собой четырех девиц, а именно – жену вельможи Жеана Бьенсема, жену Симона де Гардена, жену монсеньора Армори де ла Вигня и свою собственную жену. И упомянутый господин Жеан Бернье въехал на поле для поединка, его конь был ведом двумя упомянутыми девицами за две позолоченные цепи, тогда как две другие несли каждая по копью. И королем Espinette этого года стал Пьер де Куртрей, на гербе у которого на черном поле были три золотых орла с двумя головами и красными клювами и лапами».
Причем это было еще до того, как игровая часть турнира достигла своей кульминации. В XV веке бургундские герцоги стали проводить так называемые Падармы (Pas d’armes) – турниры со сценарием. Нет, бои там были самые настоящие, не постановочные, но участвующие в падарме благородные рыцари не просто били друг друга тяжелыми предметами, а, говоря современным языком, проходили некий квест – спасали прекрасную даму, например, или защищали замок. Для этого им требовалось выполнить задания – сразиться с определенным количеством рыцарей, выполнить некие обеты и т. д.
Такие падармы были результатом эволюции появившегося еще в XIII веке турнира с элементом ролевой игры – тогда рыцари, подражая героям артурианы, перекрывали какой-нибудь мост и предлагали всем проезжающим с ними сразиться. Бились тогда серьезно, проигравшие еще платили выкуп, но это все же была ролевая игра, потому что силой никого сражаться не заставляли, это было скорее приглашение, рыцарский вызов, и желающие сами съезжались, чтобы проверить свои силы и добыть славу.
«Квест» же XV века был уже не инициативой отдельного рыцаря, а проводился организованно и оформлялся очень пышно, с торжественными церемониями и игровыми персонажами. Так, например, в сценарии падарма «Перрон феи» были задействованы фея, «сумасшедший рыцарь», великан, мавры и турки, дикари, музыканты, пажи, лучники и шуты.
Первым падармом во Фландрии стало «действие военного подвига» (entreprince fait d’armes), устроенное Антуаном де Краоном в 1400 г. Расцвет же падармов пришелся на правление Филиппа Доброго и Карла Смелого. Различные тонкости турнирного церемониала нашли отражение во множестве источников, в том числе в фолианте «Трактат о форме и организации турнира», автором которого был страстный почитатель турниров Рене Анжуйский, номинальный король Сицилии.
