Как-то раз она пригласила меня в бар, где играл ее друг. Я никак не мог пропустить это событие. Ведь тогда я был фанатом тяжелой музыки. Я подъехал к бару. Сначала два бугая-охранника потребовали от меня ID. ID в Америке – это документ, удостоверяющий личность. Обычно это права или пластиковая ID карта. Паспорт американцы с собой никогда не носят. Они и оформляют его редко, только когда путешествуют за границу.
У меня был с собой паспорт, но так как мне не исполнился 21 год, один из охранников схватил мои ладони и держал их, пока другой рисовал на запястьях два огромных черных креста нестирающимся жирным маркером. Эти кресты видит бармен и не продает вам алкоголь ни при каких условиях. В баре было много народу, и я ощущал себя не в своей тарелке. Мне казалось, что все только и делают, что пялятся на эти черные кресты и думают, что я какой-то лох.
Это был бар на 100 человек. Народу было битком, гремел тяжелый рок. Я никак не мог найти Стефани, на звонки она не отвечала. Вдруг я заметил ее в толпе. В ее руке был бокал с каким-то коктейлем. По ее состоянию было ясно, что это не первый алкогольный напиток за сегодняшний вечер. Музыка играла громко, я с трудом мог разобрать, что она говорила. Я до сих пор не мог привыкнуть ни к ее акценту, ни к быстрой речи. У нее заплетался язык, и я мог только разобрать, что ее друг играл на бас-гитаре.
С того момента мы стали встречаться со Стефани все чаще и чаще. Она болтала без умолку, и мне было безумно интересно слушать ее истории. Ведь она выросла в другой культуре, в детстве слушала Aerosmith и Rolling Stones, смотрела совсем другие фильмы, все лето проводила на океане со своим отцом-серфером и имела совершенно иные представления о жизни.
Я начал дарить ей цветы, но, как выяснилось, это у них было не особо принято. Похоже, до меня никто из молодых людей букеты ей не дарил. Она была в полном восторге. Стефани познакомила меня со своими родителями. Это знакомство произошло не при самых лучших обстоятельствах.
Оказалось, что в нашем трейлере были клопы. В Америке это просто проклятие. Никто не может их вывести до конца, потому что дихлофос под запретом. Мы пытались вывести их всеми возможными способами, но клопы – очень живучие твари и просто так сдаваться не хотели.
Поползли слухи, и мы стали кем-то вроде прокаженных. Никто не хотел пускать нас в дом, потому что считали, что мы можем принести эту заразу с собой. В американских домах почти все сделано из дерева. А это идеальная среда обитания для разных паразитов.
Джон и Сара, родители Стефани, были обеспокоены моим появлением в их доме и долго проверяли, нет ли на мне клопов. Они не могли себе позволить этих тварей в доме, ведь их основным заработком был мини-отель «Bed and Breakfast» прямо на берегу залива. Они в свое время все посчитали и построили два дома по соседству. Один из них они сдавали на Airbnb.
Сначала они отнеслись ко мне с недоверием, но потом мы подружились. С Сарой, мамой Стефани, мы общаемся до сих пор. Она очень классная, непотопляемая, с отличным чувством юмора. В молодости она сломала себе позвоночник – упала с лестницы собственного дома. Она чудом выжила и не осталась парализованной. После выздоровления она полностью изменилась и стала верить в Бога. Ее мама убежала с каким-то любовником, когда Саре было 12 лет. В семье было еще 8 детей. Жили они очень бедно, и денег едва хватало на еду. Теперь же ее гардероб занимает целый гараж! Столько одежды зараз я не видел никогда.
Отец Стефани, Джон, происходил из семьи военных. Он был фанатичным серфером. Если погода подходила для серфинга, он бросал все дела и мчался на океан. Все свое свободное время он проводил там. Стефани рассказывала, как однажды в детстве она 5 часов ждала его на берегу.
Джон и Сара прожили вместе 30 лет и вырастили трех дочек. Он часто говорил мне, что лучший рецепт для счастливой семейной жизни – это пара банок пива в день и стакан виски на ночь.
Две старшие сестры Стефани – дети Сары от первого брака. Джон взял этих двух девочек на воспитание. Я считал его поступок героическим. Жениться на женщине с двумя детьми – это подвиг!
Лето мы проводили классно. Стефани показывала мне места, где она выросла, и знакомила меня со своими друзьями. Все это было так необычно и непохоже на мою прежнюю жизнь…
Я действительно открывал для себя новый мир. За это время мой уровень знания английского значительно вырос. Я мог свободно понимать почти все, что она говорила. Мы часто смотрели вместе фильмы и сериалы. Если мне было непонятно какое-то выражение, я ее спрашивал, и она терпеливо мне все объясняла.
Но срок моей визы подходил к концу, и пришло время прощаться. Мы не знали, что будет дальше. Я уезжал в Россию и, возможно, не смог бы больше вернуться. Тогда я учился на 4-м курсе, и студенческую визу J–1 на 5-м курсе мне бы скорее всего уже не дали.
Мы продолжали общение по Skype около полугода, созванивалось почти каждый день. В конце концов, Стефани решила приехать в Россию и взяла билет на конец декабря!
