19 декабря 1944 г. Д. Эйзенхауэр принимает решение передать командование северного фланга союзных сил Монтгомери. В тот же день американский командующий выезжает из Вердена в Версаль, когда Монтгомери покидает свою Ставку и отправляется в штаб 1-й американской армии Ходжеса. Решение перебросить на Мозель XXX корпус Ходжеса принадлежит Монтгомери, но не Эйзенхауэру. Монтгомери очень удивился тому факту, что никто из высшего американского командования не выехал на линию фронта[806]. 9 декабря Д. Эйзенхауэр приказал Паттону выделить три дивизии в скором времени для контрудара с юга, который должен был произойти одновременно с ударом Монтгомери с севера, однако силы последнего 20 декабря не были готовы для проведения такой масштабной операции. 21 декабря из Арлона против 6-й немецкой ТА были выдвинуты 4-я ТД, 26-я и 80-я ПД. Монтгомери был уверен, что у немцев в резерве еще 30 дивизий, поэтому они в состоянии отразить контрудар с юга. В этой связи Монтгомери запретил вверенным ему войскам проводить контрнаступление с севера[807]. Поэтому контрнаступление началось только 3 января 1945 г., завершившись к 7 февраля возвратом утраченных в ходе немецкого прорыва позиций. Основные силы германских танковых армий не были окружены и организованно отошли на восток. Повторилась ситуация с Фалезским котлом. Современники терялись в догадках на предмет поведения Монтгомери, однако видно, что британский командующий опасался аналогии с Арнемом, когда западные союзники натолкнулись на достаточно сильные германские резервы.
Теперь посмотрим на даты, связанные с другой крупной операцией Второй мировой войны – Висло-Одерской. 3 января 1945 г. западные союзники переходят в контрнаступление, хотя благоприятные для него условия созрели уже ранее, где-то 26 декабря 1944 г., когда установилась благоприятная для штурмовиков погода. 6 января 1945 г., когда стало очевидно, что немецкое наступление не просто провалилось, но перешло в стадию серьзного кризиса вермахта на Западном фронте, У. Черчилль пишет письмо Сталину с просьбой ускорить наступление Советской армии в Польше. Это наступление планировалось Ставкой самое раннее на 15 января 1945 г., но поздней датой называлось 20 января. Немецкая ГА «А» была в состоянии противопоставить советскому наступлению 4-ю и 9-ю ТА, а также 17-ю полевую армию, в которых имелось 560 000 солдат и офицеров, 5000 орудий и минометов, а также примерно 1200 танков и САУ. В резерве у германского командования, как выяснилось в ходе советского прорыва через Вислу, имелось почти 30 расчетных дивизий, которые были брошены в поддержку ГА «А». Монтгомери откуда-то знал или обладал высокой степенью полководческой интуиции, когда говорил о 30 немецких дивизиях в резерве, которыми ОКВ могло парировать контрнаступление, задуманное Д. Эйзенхауэром. Однако Гитлер сосредоточил в качестве резервов для Западного фронта меньшую часть из этих 30 дивизий, хотя и не верил данным о готовившемся советской стороной наступлении на Висле. Впрочем, перебросить все эти 30 дивизий в Бельгию рейх вполне мог к 10–20 января 1945 г., не начнись Висло-Одерская операция.
История не любит сослагательного наклонения, но посмотрим, насколько опасения Черчилля и Монтгомери насчет ситуации в Бельгии были оправданными. 26 декабря 1944 г. происходит высвобождение Бастони из окружения, когда германскому командованию стало очевидно, что западные союзники перехватили инициативу. Никаких крупных резервов на Запад не пришло. 30 декабря 1944 г. Паттон переходит в контрнаступление, никаких ответных мер со стороны ОКВ не следует (из боевого журнала буквально следует, что в начале января 1945 г. шла переброска одной группы, сформированной на базе 6-й ГД, из Дании). Мы не видим эти самые 30 дивизий вермахта, о которых 20 декабря 1944 г. говорил Монтгомери, удерживая 21-ю ГА от контрудара.
Причиной такого пренебрежения сектору Арденны со стороны ОКВ были слабое давление и успешное сопротивление немецких частей в начале января 1945 г. Местами немцам даже удавалось переходить в локальные контрнаступления. Даже 4 января 1945 г. ОКВ получало с Западного фронта победные сводки, которые, впрочем, не столь сильно расходились с реальностью. 3–4 января 1945 г. командование «Запад» обсуждало с правительством рейха планы нового наступления в Бельгии, для чего предлагалось лишить ГА «Север» последних транспортных резервов, так как даже Рур с его большими экономическими возможностями не мог дать необходимый объем транспортных средств для снабжения ГА «B», которая столкнулась также с дефицитом топлива, что было вызвано налетами на малые НПЗ в конце декабря 1944 г. (в результате этих ударов авиации западных союзников командованию «Запад» пришлось пересадить на велосипеды панцергенадеров).
