– С этим мне тоже более-менее всё ясно. Я имею в виду тех, кто приговорил Катриону Блэкчер к ссылке и при этом настроил переход так, что та умерла. Пусть наш брак и фиктивный, но рисковать тобой, Риона, не хочу.
У меня по спине пробежал холодок, даже непроизвольно поёжилась после аргументов Ланса.
Демон сунул медальон в карман жилета, а потом приобнял меня за плечи: – Постарайся не думать обо всё этом. Я обещал защищать тебя, значит, слово своё сдержу. А сейчас пора готовиться к обходу.
Настроение у меня окончательно испортилось при мысли, что переездом в Эрвен мои проблемы могут не решиться, но работа есть работа, как бы ни раздражала бестолковость пациентов, а оставить их на произвол судьбы мне не позволяли ни совесть, ни профессиональный долг.
Пострадавшие потихоньку выздоравливали, тот же Мариш после внушения Ланса вёл себя тише воды, ниже травы и уже не пытался скакать, как горный козёл. Демон незаметно ускорял восстановление его костей, но по какой-то непонятной мне причине, те были очень хрупкими, несмотря на возраст. К тому же семья парня не была бедной, жила вполне себе хорошо, с питанием проблем не испытывала. Естественно, о проблеме с костями я знала лишь со слов Ланса, но радовалась, что с его даром многие нюансы со здоровьем пациентов становились известны и помогали скорректировать лечение.
В принципе, кроме Мариша, не осталось тех, кому требовалось тщательное наблюдение, а потому этот обход прошёл достаточно быстро. Вернувшись домой, мы поужинали и поднялись в лабораторию, чтобы провести ревизию. Малую часть травы было решено оставить нетронутыми, так как на приготовление отваров требовалось не так много времени, а вот остальные пустить на мази и растирки. Всё меньше места займут. Неожиданно Ланс вскочил со своего места и принюхался.
– Риона, быстро одевайся! Они дом подожгли!
Я успела только схватить с полки пару конвертиков с теми немногими семенами златовенчика, что удалось собрать.
– А потом куда? В подпол, а затем в лес?
– На крыльцо. Я уйму пламя и поговорю с деревенскими, чтобы потянуть время. До Эрвена сейчас мы с тобой всё равно добраться не сможем. Даже если тебя нести на руках, обратившись, замёрзнешь.
Натянув на себя шубу, я выскочила на крыльцо вслед за Лансом. Знакомая до боли картина: перед домом с факелами в руках стояла разъярённая толпа, возглавляемая Сортоном.
– Наше терпение иссякло! Отдай её нам!
Ланс сделал короткий взмах руками, как если бы пытался вытянуть из земли невидимые сети, и огонь, объявший фундамент дома, исчез.
– Кажется, вы перешли все допустимые границы. Уходите!
Староста покачал головой и сделал шаг вперёд. Пламя, вырвавшееся из ладоней Ланса, устремилось в Сортона. По крайней мере, я так думала, а на самом деле поток разделился на два, один из которых огненным контуром вспыхнул вокруг деревенских, отрезая от остального мира, а второй жёлто-оранжевой лавиной накрыл их сверху. Раздались многочисленные крики, вот только не боли, а... негодования! Хотя судя по жару, которым меня обдало, перед крыльцом сейчас должны были валяться даже не тела, а обугленные головешки.
– Смотри, Риона, какая прелесть, – с меланхоличным удовлетворением произнёс Ланс, скрещивая руки на груди.
Внезапно огонь исчез, а с деревенских начали сползать личины, словно к восковой раскрашенной фигурке поднесли горелку: черты лиц смазывались, контуры фигур расплывались, и всё это как бы стекало вниз.
При виде тех, кого считала до этой минуты обычными деревенскими жителями, просто «тёмными» в силу отсутствия должного образования и контактов с внешним миром, у меня глаза на лоб полезли. Но больше всего меня перекосило оттого, что несмотря на экзотические облики, «налицо» были серьёзные генетические нарушения, свидетельствующие о таких вещах, о которых подумать без отвращения невозможно.
– Четыре старших беса, трое юных и целая толпа чертей... Прямо резервация вырождающихся низших во всей красе! Это кто же вас сюда всех согнал, болезные? – скучающим голосом поинтересовался Ланс.
– Не твоё дело, пришлый! – рыкнул Сортон, нервно подёргивая огромными костяными крыльями, распахнувшимися за его спиной, едва остатки прежнего облика окончательно исчезли. – Отдай нам своё, и когда оно станет нашим, никто не пострадает!
От старосты ощутимо разило холодом, хотя остатки жара от выпущенного Лансом пламени ещё до конца не рассеялись в воздухе. По сравнению с тем же Растаном, тоже оказавшимся бесом, как и Рона с Лингой, Сортон был намного крупнее и мощнее. Глядя на всю эту мохнатую козлоногую толпу с остроконечными рогами и свиными рылами, я заметила главное отличие, помимо крыльев, отсутствовавших у чертей: бесы выглядели намного опрятнее и холёнее. А ещё хвосты, выплясывающие нервные кренделя по земле, у них казались чуть длиннее.