Подопечный утвердительно кивнул, и куратору этого жеста показалось достаточно — к парню потихоньку возвращалась память, а лезть с расспросами не стоило, сам расскажет, если захочет. Жизнь есть жизнь, далеко не все воспоминания приятные!
В коридоре снова показалась команда из двух инвалидов, которые, истекая потом, тяжело дыша, в сопровождении пары бойцов упрямо прокладывали себе путь к рукотворному островку зелени. Скорость была просто черепашьей, но тренировки тела начинались именно с таких пустяков. Сегодня десять метров, а через месяц и километр осилить можно.
Если эволэк страдал от деструкции двигательных функций, то у куратора была иная напасть — растяжение сразу нескольких связок.
— Где это Вы так? — спросил Элан, кивая на плотно перебинтованную стопу наставницы, когда они остановились передохнуть, привалившись к стене, пройдя без остановки до места, на котором грохотом падения прервалось их вчерашнее путешествие.
— Твоя работа, Лис… надо думать, — Александра не удивлялась тому, как поздно подопечный обратил внимание на её пострадавшую конечность. Ведь первое время эволэк вообще может не помнить предназначение медицинского бандажа, пока молнией не сверкнёт в его голове очередной осколок памяти о человеческой жизни.
— Это ещё почему? — спросил он подозрительно.
— При выходе произошёл прорыв метрики пространства. Не знаю, как ты это сделал, но в точке, где мы находились, течение времени вообще не соответствовало ни Реке, ни нашему миру.
Они снова двинулись по коридору, поддерживая друг друга.
— Я бежала от терминала к тебе, а поскольку пространство не соответствовало времени, время тянулось как резиновое, попытка преодолеть аномалию силой собственных мышц имела закономерный итог.
Шествующий впереди больных спецназовец, неожиданно повернулся к ним лицом:
— Наш командир рассказал похожую историю. Когда он с Александрой добежал до тебя, ощущение у него было такое, будто отмахал марш-бросок километров в двадцать, хотя там была всего-то пара сотен метров!
— Всё через пень колоду, — сквозь стиснутые зубы прорычал эволэк.
Он был абсолютно прав. Спонтанное погружение без должной подготовки и не могло закончиться ничем иным, кроме как массой неприятных сюрпризов.
— Мы ещё легко отделались, можно сказать одним испугом! — Полякова попыталась ободряюще похлопать парня по спине, но чуть не упала лицом вперёд.
У входных дверей, открывающих вид на сад внутреннего дворика, сделали очередную паузу, переводя дыхание, и пытаясь хоть немного унять неровное сердцебиение. Врачи только головами качали, снимая кардиограммы. Полякова посадила свой пламенный мотор вследствие многомесячных тяжелейших психических нагрузок, а про Иригойкойя и говорить не приходилось.
— Может вам помочь? — спросил боец, видя измотанность пациентов.
— Ага, — кивнул эволэк, — гранату под ноги кинь, для придачи ускорения.
Семя шутки явно попала на благодатную почву: вояка пожал плечами, расстегнул один из клапанов разгрузочного жилета и достал «лимонку». Предохранительная скоба весело загремела по полу, вслед за ней тяжело стукнула по кафелю и сама граната. Все, незадачливый шутник, куратор, бойцы, бросились врассыпную, перекрывая олимпийские рекорды спринтерских забегов. Забыв про хворь, Элан с Сашей пулей подлетели к фонтану, рухнув под защиту его каменного основания, причём парень попытался, впрочем, довольно неловко, прикрыть наставницу своим телом.
Секунд через тридцать до гражданских мозгов дошло, что шутка удалась, и взрыва не будет.
— Добрались-таки, — облегчённо вздохнула Александра, осторожно высовываясь из-за надёжной баррикады.
У входа умирали от хохота две великовозрастные детины, закованные в камуфляж.
— Ёж противотанковый, ну и шуточки у вас! — Элан и сам давился смехом.
— Что попросил! — развёл руками исполнитель розыгрыша. — Не бойтесь, Александра Викторовна, она без запала. Кстати, у тебя, Элан, весь зад остался открытым! Разве можно так прятаться?!
— Дети, просто дети, честное слово. — Полякова, чертыхаясь, на четвереньках доползла до кресла, с независимым видом устроившись на нём.
— В любом случае, сегодня одержана решительная победа над недугом! — Эволэк с наигранным пафосом произнёс целое предложение и хотел продолжить речь, но стремительная смена цвета лица с серого на бледно-зелёное оборвала не начавшуюся толком тираду.
— Не переоценивай себя, — Александра укоризненно покачала головой, — ты крепкий малый, но всему есть предел.
Подопечный прямо из фонтана, черпая ладонями, поливал себе голову, пытаясь холодной водой подавить подступившую тошноту.
— Кто бы говорил! Сами-то чуть не…
Фраза оборвалась на полуслове, надо было послушаться…
* * *
Анна Сергеевна была более чем просто рассержена. Всякое она повидала, но подобной выходке не было аналогов.
