Староста покачала головой, невесело ухмыльнувшись, тут же заулыбались и все собравшиеся. Афалия — плохо управляемый термоядерный реактор, без намёка на присутствие вектора приложения чудовищной силы. Она не имела абсолютно ничего общего с типичным эволэком, с трудом вписавшись в коллектив замкнутых тихонь. Во все времена, конечно, в их касте находились отклонения от нормы, но опытные наставники не могли не видеть, что именно за этими отклонениями всегда и тянулся шлейф проблем, что в жизни, что в Океанесе. Почему вдруг с Дорониной должно быть иначе?
— Берём на заметку, — согласилась Инна Владимирова, — в следующем погружении группы подберём состав так, чтобы проверить и это предположение.
— Вот же, ёлки зелёные, — Диолея сокрушённо помотала головой. — Мы ещё только начали, а уже два пункта обозначены на перепроверку! А в конце их сколько будет? Двадцать два?
— А хоть сто! — Захарова, самая молодая из кураторов, была полна энтузиазма. — Это погружение — как первый полёт нового самолёта, только чтобы понять — стоит ли тратить силы? Впереди — грандиозная работа!
— Да, — Ольга согласно кивнула, посмотрев на часы. — Первый опыт с Якорем — лишь грубая модель, не больше, работа по его шлифовке займёт немало времени!
— Времени то у нас как раз и нет, — заметила Сафирова, поднимаясь с места, и имела она в виду не только созданное их общими усилиями «окно», которое уже, кстати, почти вышло.
***
