— Я знаю, о чём говорю, поверьте. — Она уже выбралась на берег, присела у костра, блики огня заплясали на лице, только подчёркивая её тоску. — Это как приближение грозы. Я чувствую её тяжёлый запах, удушливый зной, оттуда, с юга… Ветер становится другим, словно нашёптывает: беги, прячься…
— Что за пафосный бред? — с изумлением осведомилась Мирра, разливая кофе и по кругу передавая кружки.
Лицо Диолеи стремительно менялось: исчезла удрученность, весёлая улыбка тронула губы, зажёгся огонёк в глазах. За миг до поразительного преображения, вспыхнула её душа, что-то тёмное провалилось в глубину, а из пучин словно поднялось Солнце, заставив всех непроизвольно зажмуриться.
— Это просто звёздная болезнь, — видя пришибленные физиономии своих подруг, весело пояснила староста.
Все сразу сообразили, что над их теорией мирового заговора просто подшутили, и тишину разорвал вопль Нариолы:
— Бей её!
Тут же у костра образовалась куча тел, из которой ручьями лился весёлых смех, а у Элана просто челюсть отвисла:
— Невероятно! Я обычно могу легко понять, истинное ли настроение у человека, или он фальшивит, а тут…
— Наша Диолея, и этим всё сказано, — пожала плечами Мирра. — Никакой детектор лжи не берёт. Усов уже пару лет как даже не пытается её проверять — изобразит всё, что угодно!
Из клубка донёсся восторженный вопль, кажется, Лассавы:
— Держу ногу! Щекочи!
Диолея уже заливалась смехом, прося пощадить, но её не отпустили, пока не довели до изнеможения.
— Ну, вот, совсем другое дело, — Таня обрадовалась разительной перемене настроения компании.
Все повеселели, даже вечно серьёзна Мирра улыбалась, глядя, как Лесавесима пытается прямо через голову Ольги дотянуться уже до полной бутылки вина, только откупоренной — запах алкоголя её явно заинтриговал, но киборг пресекала все попытки в зародыше.
Выпить решили. Было за что. Не далее, как во вторник, конспираторы сподобились, и произошла передача Учёному Совету объёмистого доклада по прошедшему групповому погружению. Никакой напыщенности. Ольга с Эланом в назначенный час явились пред ясны очи отцов-командиров и вручили им восемь папок с одинаковым содержанием (как зародилась идея, как шли к осуществлению, что нового привнесли, от чего отказались, что оставили) и тонким намёком на то, что одна папка должна попасть на стол Анны Сергеевны лично.
Видать, члены Совета играть с огнём не решили, и из дворца реакция последовала молниеносная — в воскресение, то есть, послезавтра, на вечер был назначен грандиозный приём. Приглашены абсолютно все ибисовцы и, конечно, родители эволэков — четыре огромных лайнера уже ждали их в аэропорту Огнегорска.
А Элану с Ханнеле завтра с утра было, что называется, по пути: Гредякин, как попечитель, естественно, также отправлялся в столицу, и беседу перенесли с обоюдного согласия — она пройдёт прямо в терминале аэропорта, так что, можно было расслабиться и получать удовольствие от жизни.
Единственное что беспокоило — сёстры останутся взаперти практически на три дня, ведь вернуться раньше утра вторника не получится никак.
Бокалы пошли по кругу. Представитель сильной половины человечества не скучал, работая за троих, бутылка, принесённая Афалией, быстро опустела, в ход пошла вторая, пока не заполнили все девять сосудов.
— Давай, Лис, с тебя тост, — Лассава внимательно смотрела, как огонь костра играет в вине.
— За моих боевых подруг! — просто и без затей выдал тот. — За вас, красавицы!
Трёхкратное ура было ответом, после чего все дружно заголосили.
— Какая вкуснятина!
— Ага, — довольная похвалой Афалия светилась от счастья, — не магазинное пойло!
Она всё также выставляла себя любимую для всеобщего ликования и поклонения, но в её поступках пропало показное зазнайство — она вполне искренне хотела сделать приятное.
Вино действительно было бесподобным на вкус, грело душу, пьянило ароматом, слегка кружило голову. Лесавесима и Хилья, прочувствовав восторг своих родителей, стали всё активнее проявлять интерес к необычному угощению.
Ханнеле сдалась почти сразу, дав своей летунье немного попробовать. Вкус ей явно понравился, ведь вино, по сути, — забродившие соки ягод и фруктов.
Лесавесима схитрила. Видя, что маму ей не переиграть — реакция у киборга лучше, решила попытать счастье у другого родителя. Зашла со спины, перегнула шею через плечо, и когда Элан сжалился, подставил свой бокал, едва удерживаемый тремя пальцами, ей под нос, последовал молниеносный, прямо змеиный бросок. Предпринять никто ничего просто не успел! Лесавесима сцапала желанный трофей зубами, умудрившись не поранить ладонь эволэку и не раздавить хрупкий хрусталь, получив вместо глотка вина полный рот битого стекла, и резко подалась вверх, задрав голову, вмиг проглотила всё содержимое, почти не пролив бесценную жидкость.
