— Я не собираюсь отсиживаться в окопе, пока мои друзья будут драться, — не замечая вроде его сарказма, упрямо сказала Саша.
— С чего Вы взяли, что прольётся кровь? — поинтересовался сыщик.
— С того, что этот тип не просто ради удовольствия пустил на ветер баснословные суммы. Конкурировать с ИБиСом не может даже такой монстр биоиндустрии. Но этот Сухомлинов может и мразь, но уж точно не дурак — раз пошёл на такие траты, значит, способ устранения нашего института уже проработан в деталях, а механизм запущен!
— Вам бы у нас работать, — сделал комплемент Денис, — Ваша проницательность впечатляет.
Его вправду восхищал живой ум сидящей напротив женщины, но он ждал законной платы за проделанную работу. Пухленькое досье далось непросто — пришлось решать незаурядную головоломку, соотнося личности и события, выстраивая невидимые обывателю связи, разнюхивать продуманные, подчинённые единому плану поступки людей, многие из которых даже и не подозревали, что пляшут под одну дудку.
Приличная пачка наличных перешла из рук в руки, и Денис, уже в который раз, порадовался знакомству: Полякова платила всегда исправно и щедро, хотя и требования ставила высокие.
— Ну, что? — Она оценивающе осмотрела детектива. — Умываете руки, или поработаем дальше?
— Смотря, что Вы хотите знать, — честно признался тот.
Совать голову в петлю не хотелось, но, во-первых, деньги, и немалые, сами шли в руку, а во-вторых…
Ему просто осточертела скучная, в общем-то, каждодневная работа частного сыщика, далёкая от той, что воспевалась в романах. Слежка за неверными жёнами и мужьями, нечистыми на руку деловыми партнёрами, за детишками богачей, чьи мамы и папы желали быть в курсе того, что творят их избалованные чада. Давно он соскучился по своей боевой молодости! Уже давно не кипела кровь! Как надоели ему рожи всех этих толстосумов, заплывшие жиром и самодовольством! Как достали его все эти их «умные» фразы, когда очередной обрюзгший старпёр, поймавший жену, годящуюся ему в дочери, а то и во внучки, брызгал слюной от возмущения, проклиная «эту неблагодарную стерву» за измену! Сколько муки доставляло ему лицемерное сочувствие, которое (а как же!) надо было обязательно высказать очередному уроду, не способному понять, что такие отношения не жизнеспособны по определению.
Сейчас перед ним сидел очень необычный клиент. В красивой молодой женщине просто клокотали жизнь и огонь! Сильная, гордая, смелая, умная, она вызывала невольное восхищение и желание помочь. Не за деньги, не за водку, волонтёром, для души!
— Чего Вы так на меня смотрите? — Саша не упустила из вида его очарованный взгляд.
Денис рассмеялся:
— Вы удивительная женщина. Сергей настоящий счастливчик!
— Спасибо, — не удержавшись от улыбки, поблагодарили Полякова.
— Я остаюсь, — уже серьёзно ответил на её вопрос Денис. — Но предупреждаю, мы с вами влезаем в очень опасную игру с неизвестным финалом.
— Меня не испугаешь, — усмехнулась Саша.
— Да, я заметил. Кроме того, возможны по-настоящему серьёзные траты на подкуп нужных лиц и технику.
— Годится, я не миллиардер, но деньги какие-никакие водятся. Меня интересует только один вопрос. — Саша ткнула пальцем в портрет Сухомлинова. — Что за пакость он замыслил?
* * *
Жизнь пошла на лад — Ханнеле сбросила камень с души, и они с Эланом практически каждую ночь пропадали у озера. Счастливы были все. Ольга, потому, что её план толкнуть упрямца в объятия живой девушки успешно развивался, сам упрямец, потому, что ему удалось вытащить из трясины дорого человека, Ханнеле, потому, что появилась возможность проводить время с любимым человеком. Тот вроде и держал дистанцию, но девушка надеялась, что это до поры, до времени — её подбадривали довольно прозрачные намёки Ольги.
Две крылатых сестрички радовались больше всех. Эволэки не поднимались с ними в небо — это так, но зато у мамы и папы не было утреннего угнетённого настроения. Они подолгу играли со своими детьми, а потом ещё и хорошо высыпались, насколько это вообще позволял разбитый лагерь, не падали от усталости, как после первой «прогулки», и умудрялись находить счастье на земле в приятных мелочах, и каждый раз с радостью встречали своих вернувшихся из полёта дочерей. Но самое главное — они больше не калечили разумы друг другу. Странное бестелесное создание, с которым они всякий раз сталкивались, возвращаясь из леса в вольер, больше не шумело на родителей, вызывая страшный зуд клыков и неосуществимое желание проучить грубиянку — кусать воздух не получалось.
Погожий, необычайно тёплый вечер последнего рабочего дня позволил заговорщикам после длительного перерыва собраться вместе. Компания расположилась, кто где: на обоих берегах неширокого озера, прямо на кувшинках, благо те не возражали против подобной эксплуатации.
— Ханнеле, — Лассава обняла подчинённую, видя её смущение, — запомни, твоё прошлое осталось в прошлом, никто тебя ни в чём не винит.
Эволэк сама, вопреки протестам Элана и Ольги, рассказала старостам свою историю, тем удивительней была их реакция: никто ни словом, ни взглядом не упрекну девушку.
