«При встречах с ним меня пленяла его разносторонняя осведомленность в вопросах военной науки. Умный, широко образованный профессиональный военный, он великолепно разбирался как в области тактики, так и в стратегических вопросах. М.Н. Тухачевский хорошо понимал роль различных видов наших вооруженных сил и современных войск и умел творчески подойти к любой проблеме.

Все свои принципиальные выводы в области стратегии и тактики Михаил Николаевич обосновал, базируясь на бурном развитии науки и техники у нас и за рубежом, подчеркивая, что это обстоятельство окажет решающее влияние на организацию вооруженных сил и способы ведения будущей войны».

Сталин, между прочим, имел личные основания не любить Тухачевского. Однажды тот чуть было не подвел его «под монастырь». Тут такой сюжет. Занимаясь модернизацией Красной армии, Тухачевский неожиданно узнает, что германская разведка усиленно интересуется тем, как эта модернизация осуществляется. Тухачевский поручает начать служебное расследование и найти канал утечки секретной информации. Оказалось, что этим источником был сам Сталин. В беседе с чешскими дипломатами он похвастался, что проводимое им перевооружение Красной армии сделает ее одной из самых сильных армий в мире.

«Дело Сталина» попало в руки В.В. Куйбышева, который в то время занимал пост заместителя Председателя Совета народных комиссаров СССР и заместителя Совета труда и обороны. Он не знал, что с ним делать и, как член Политбюро, посоветовался с Орджоникидзе, тоже членом Политбюро. Тот назвал Сталина ишаком.

В середине сентября 1934 года состоялся разговор Тухачевского с Куйбышевым и Орджоникидзе. Как пишет Владимир Карпов, было решено, что “вопрос о нетактичном поведении Сталина, о вмешательстве генерального секретаря партии в государственные дела без достаточной компетенции во многих отраслях, как, например, в военной, да и научной тоже, надо поставить на закрытом заседании Политбюро”. Закрытое заседание Политбюро с такой повесткой дня вскоре состоялось. Молотов и Енукидзе при голосовании о наложении на Сталина взыскания воздержались. Калинин выступил с примирительной речью».

Неизвестно, рассказывал ли Поскребышев Сталину обо всех его разговорах с теми, к кому он обращался по его просьбе. Но о Тухачевском ему было что рассказать. «Однажды, – пишет Владимир Карпов, – Поскребышев позвонил Тухачевскому и сказал ему, что Хозяин хочет видеть его в Кремле к шести часам вечера.

– Какой хозяин? – возмутился Тухачевский. – Значит, выходит, что мы его холуи? Для меня он является генсеком партии, но в холуях я быть не намерен.

Поскребышев стал оправдываться, что это только шутливое прозвище, но больше никогда в разговоре с Тухачевским не называл Сталина хозяином.

Сталин был обозлен. Особенно его раздражал сговор Куйбышева, Тухачевского и Орджоникидзе. Он понял, что раз уже они встали на этот путь, то уже не остановятся.

Перейти на страницу:

Все книги серии Сталиниана

Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже