Сталин должен был умереть полностью

Суворов считает, что подавляющее большинство репрессированных в 1937–1938 гг. военных военными, в полном смысле этого слова, не были: «Арестовали, допустим, какого-нибудь военачальника с ромбами в петлицах и – к стенке его. Мы плачем – Сталин полководца загубил! А это, может быть, вовсе и не полководец. Воинское звание товарищ носил, но в армии никогда не служил, о стратегии и тактике понятия не имел, никакой он не полководец и в Красной армии не состоял».

Но начинаешь отгребать от кучи комиссаров, юристов, физкультурников, вертухаев, воротил Наркомата лесной промышленности, строителей великих каналов, комсомольских вожаков, редакторов центральных газет и обнаруживаешь, что командиров тут немного».

Можно ли этому возразить? Можно и нужно.

Безотносительно к тому, подверг ли Сталин репрессиям профессиональных военных или сугубо гражданских лиц, для пущей важности обряженных в военные мундиры, людьми они от этого быть не перестают. И каждый из них – это своя жестокая и несправедливая судьба. И не их вина, что кто-то из них был военным юристом на Восточно-Сибирской, а кто-то на Амурской железной дороге. В конце концов, не сами же они себя туда назначали. Не исключено, что это сам Сталин и придумал такое штатное расписание. Может быть, он посчитал, что на стратегически важных железных дорогах страны должен был постоянно поддерживаться армейский порядок. Не по этим ли самым бесперебойно функционирующим железным дорогам в тяжелую зиму 1941 года под Москву без задержки были переброшены резервные сибирские полки, обеспечившие нам нашу первую крупную победу над гитлеровскими войсками.

Любое государство строится на взаимодействии отдельных, занятых определенной работой людей, за эффективность и законность которой должен отвечать его лидер. Особенно в таком тоталитарном государстве, каким было наше. Поэтому не стоит сейчас никого пинать за их прошлые поступки, которые при здравом разуме своего руководителя могли быть совсем другими.

Что же касается арифметики Суворова, то она просто ошибочна, поскольку в результате чисток в армии как раз больше всего пострадал именно ее руководящий состав.

Вот точные цифры, приведенные Владимиром Карповым:

Почти весь высший и старший командный состав и политические работники этого уровня были после ареста расстреляны, а многие умерли в заключении».

Суворов вольно обращается с памятью маршала Михаила Тухачевского, выискивает несуразности в его трудах, каких немало у всех пишущих, принижает его роль в строительстве Красной армии.

Между тем в 1931 году именно Михаил Тухачевский занял вновь созданную должность начальника вооружений РККА.

Вот что писал о нем маршал Жуков: