Сталин должен был умереть полностью

Несмотря на то что О.Б. Лепешинская постоянно афишировала свои контакты со Сталиным, нашлись смельчаки (академик Н. Хлопин, член-корреспондент АН СССР Д. Насонов, доктора наук Ю. Полянский, П. Светлов, П. Макаров, Н. Гербильский, З. Кацнельсон, А. Кнорре, В. Михайлов и В. Догель), которые 7 июля 1948 года в газете «Медицинский работник» не побоялись опубликовать статью под названием «Об одной ненаучной концепции», в которой, в частности, говорилось:

«Выдавая совершенно изжитые и поэтому в научном отношении реакционные взгляды за передовые, революционные, Лепешинская вводит в заблуждение широкий круг читателей и дезориентирует учащуюся молодежь… Книга ее объективно могла бы дискредитировать советскую науку, если бы авторитет последней не стоял бы так высоко. Ненаучная книга Лепешинской – досадное пятно в советской биологической науке».

Вслед за августовской сессией ВАСХНИЛ 1948 года, которая расправилась с советской генетикой, 9–10 сентября (под председательством президента Н.Н. Аничкова) прошло заседание Президиума Академии медицинских наук СССР, на котором были рассмотрены «Проблемы медицины в свете решений сессии ВАСХНИЛ». Ольга Борисовна Лепешинская опять рассказала свою сказку «О живом веществе». Беспартийные ученые смогли отмолчаться, партийные ученые ее поддержали. Среди указанных академиком Н.П. Дубининым («Генетика – страницы истории». М., 1990) 25 фамилий «поддержавших», я неожиданно увидел фамилию профессора Г.К. Хрущова, которому сдавал институтский зачет по гистологии.

Авторам «крамольной» статьи в «Медицинском работнике» быстро вывернули руки, и некоторые из них (Н. Хлопин, Д. Насонов, П. Светлов) были вынуждены признать сказку Лепешинской за выдающееся открытие.

В 1950 году Сталин сделал Ольгу Борисовну Лепешинскую лауреатом Сталинской премии первой степени.

Летом этого же года Президиум АН СССР поспешно принял постановление (по докладу академика Опарина), окончательно легализующее «открытие» О.Б. Лепешинской в биологической науке СССР (Протокол № 15 президиума АН СССР от 06.50, параграф 342).

«Наряду со стремлением громить классового врага на цитологическом фронте поступательное движение Лепешинской, – писал известный советский цитолог В.Я. Александров, – стимулировалось честолюбием и властолюбием ее и ее толкачей. Можно себе представить, какую радость и ублаговоление испытала эта безграмотная женщина, долгие годы бывшая объектом резкой, подчас пренебрежительной критики… Перед ней склонились крупнейшие представители нашей биологии и медицины…

«Живое вещество», как мухи, облепили новоявленные советские философы, которые на свой лад начали обосновывать правильность «революционных» биологических идей О.Б. Лепешинской. Уровень их схоластических изысканий можно проиллюстрировать таким примером. Известный тогда философ Б.М. Кедров, признававший интернациональность науки («Литературная газета», от 9 марта 1949 г.), ссылался на Периодическую систему элементов Д.И. Менделеева. За это он подвергся уничтожающей критике со стороны другого, не менее известного философа М.Б. Митина (трубадур мичуринской биологии):

«Эти рассуждения Б. Кедрова чудовищны и ничего общего с марксизмом-ленинизмом не имеют. Марксизм-ленинизм учит, что в классовом обществе нет и не может быть “единой мировой науки”, нет и не может быть “единого мирового естествознания”».